– Фотки и записи на диктофон, – перечислила Маша. – Там много интересного!
– Сейчас приеду к тебе, – пообещала я.
– Фигушки, – по-детски воскликнула Маша, – я отправляюсь на съемки. И ничего не покажу, пока ты мне не поможешь! Пришлешь правильный ответ – получишь снимки и кассету. Только так! Соглашайся скорей, часики опять включились! Время тикает.
Я решила поймать Машу на вранье.
– Если ты не дома, то как отправишь устроителям викторины правильный ответ?
Медведева издала странный звук, потом с превосходством произнесла:
– Вау! Ты прямо Билл Гейтс, непобедимый юзер! По-твоему, письмо можно отослать исключительно из квартиры? А телефон на что? И у меня айпод всегда в сумке. Сколько тебе лет? Пятьсот? Электричество включать умеешь?
Я разозлилась на себя за глупость, но потом сообразила, как поступить.
– Плохо, что у тебя нет чувства юмора, ты не воспринимаешь шуток. Я отлично осведомлена о современных технологиях, просто хотела повеселиться. Говори загадку!
– Разговор в магазине, – зачирикала Маша, – диалог покупателя и продавца. Клиент спрашивает: «Сколько стоит два?»
– Читай внимательно, – перебила я, – наверное, там написано «сколько стоят два», глагол указан во множественном числе!
– Уж не дура! – обиделась Медведева. – Отлично вижу. Давай вышлю текст эсэмэской.
Спустя мгновение телефон пискнул, я открыла сообщение. «Сколько стоит два? Тридцать рублей. А двадцать девять? Ровно шестьдесят. Дайте мне триста двадцать девять. Пожалуйста, с вас девяносто рублей. Вопрос: что покупает человек?»
Я не отношусь к людям, которые проводят досуг, решая ребусы, мне не нравятся телевикторины и конкурсы. Если на вопрос ведущего, сколько будет пятью пять, человек отвечает: двадцать пять, это говорит о том, что он обладает хорошей памятью. Участник игры может воспользоваться калькулятором, и он, даже не выучив наизусть таблицу умножения, решит задачу. Гениальная личность не станет забивать голову всякой ерундой, типа «Сколько весит самый большой слон?» или какую картину Репин и Айвазовский написали вместе[12]. Но сейчас меня охватило недоумение. «Сколько стоит два?» В глаголе ошибка, интернет-обитатели почти поголовно безграмотны! Хорошо, два стоят тридцать рублей! Логично предположить, что за один нужно отсчитать пятнадцать, следовательно, двадцать девять отдадут за…
Я включила в мобильном функцию калькулятора и быстро произвела умножение. Четыреста тридцать пять! Совсем не шестьдесят! А триста двадцать девять тогда потянут на четыре тысячи девятьсот тридцать пять рубликов. Однако в задании совсем другие цифры!
Я нажала на кнопку быстрого набора, послушала гудки, поняла, что Димон до сих пор болтает с Лапулей, и после небольшого колебания соединилась с Федором.
– Глупость жуткая, – заявил Приходько, узнав суть проблемы, – ни малейшего смысла в этом условии нет.
– У Медведевой есть фотографии, связанные со смертью Екатерины Бочкиной, – напомнила я, – она их покажет, только если я пришлю ей правильный ответ. Часы тикают!
– Надо изыскать другой способ заполучить снимки, – сказал Федор. – Пусть Димон напряжется!
– Хорошая идея, – уныло ответила я, – может, сам объяснишь ее Коробку?
Я не очень поняла, что шеф имел в виду, произнося глагол «напряжется».
– Нет проблем, – прозвучало из телефона.
Я еще пару раз перечитала эсэмэску и приняла новый звонок. Меня разыскивала Лапуля.
– Танечка, кисонька, – плаксиво произнесла она, – котик такой злобненький! Совсем как койот перед ужином. Я ему сказала: «Хочу пойти в магазин, купить все необходимое!» Ну скажи, что в этом плохого?
– Ничего, – ответила я, – простая жизненная ситуация!
– Вот и я так решила, – захлюпала носом Лапуля, – зайчик разбушевался, тошнится, а в торговом центре он смирный! Заиньке нравится гулять! Димочка же говорит: «Никуда не высовывайся, в городе грипп!»
Я решила защитить Коробка.
– Он прав, тебе нельзя болеть.
– В городе грипп, – повторила Лапа, – а дальше он сказал: «Я после работы заеду в любое место и привезу тебе подарочек. Что ты хочешь?»
– Очень мило, – одобрила я. – Коробок заботливый.
Лапуля заплакала.
– Котик вредненький. Я ему сказала: «Не знаю, но купи». А он: «Как я куплю, если ты не говоришь, чего хочешь?» Я ему: «Ну не знаю! Но купи непременно, иначе я обижусь». А он: «Говори, чего принести, иначе ничего не куплю, потому что не знаю, что нести!» Злобненький котик, он меня отругать решил! Я ему сказала: «Я тебе сколько раз говорила, не знаю, что купить, но, если ты мне чего я хочу не принесешь, значит, разлюбил меня!» А он… а он… а он… ну прямо не котик, а скунс немытый! Он отвечает: «Дура!» Дура! Это я дура! Сам-то он кто, а? Я же ясно сказала: «Не знаю, чего купить, принеси!» Так нет! Из-за гриппа мне с зайчиком в магазин нельзя! Танюшенька, кисонька, объясни котику, что он идиот! У тебя получится. Мне так обидненько, слезки капают, сердце стучит, руки трясутся, волосы с головы осыпаются, могут даже глаза от горя выпасть. Ой-ой, бегу к унитазику! Перезвоню, когда зайчик натошнится!
