– Джек-пот. Цепляем и сваливаем. – Шестипалый развернул эвакуатор рамой с лебедкой назад, Туз и Вилли вдвоём подцепили ржавый крюк за специальное крепление, а позже Шестипалый включил гидравлику на раме. Медленно и шумно кряхтя, словно бы дед после инсульта пытался бы выпить таблетки сам, гидравлика подтянула трейлер к себе. Дождь утих, но в воздухе стояла стена мороси. Молнии, похоже, устали раскалывать небеса и успокоились где-то за небом. Поэтому неожиданный свет со стороны шоссе, лязг, грохот металлома и рокот движков, перешедших на холостые обороты, быстро привлекли внимание троицы. «Праведники». Жестами Туз показал Шестипалому глушить машину и фары, что Шестипалый провернул быстрее, чем Туз успел закончить. Шестипалый тихо открыл дверь, схватил карабин и так же тихо закрыл ее, ступив на мокрый асфальт. Продолжая жестикулировать, Туз приказал им двигаться в сторону трейлеров. Стараясь не хрустеть дождевиками, группа проскользнула в коридор из трейлеров. С поля битвы доносилась возня: шелест перетаскиваемых трупов, невнятный бубнёж, звон метала, шум движков. «Не успели. Хоть бы их там немного было.» понадеялся Туз. Вдруг возня усилилась. Один из культистов прокричал что-то неразборчивое, и толпа ринулась к той стороне шоссе, где были припаркованы машины Туза и Вилли. На них не было отличительных знаков «Мясников», что и вызвало переполох. Другая группа, побросав все дела, выхватила самодельный огнестрел. Зловеще лязгнул отравленный метал клинков.
Троица спряталась в трейлерах. Вилли и Шестипалый в левом, Туз в правом. В своем укрытии Туз ничего не видел, но по гнилому запаху обретших свободу внутренностей и характерному «хлюп» под ботинком, он понял, что картина здесь такая же, как и в прошлом трейлере. Единственное, куда он мог смотреть – это в окно, выглядывающее в «коридор» между трейлерами. Культисты прочёсывали территорию, заглядывая во все трейлеры. Туз насчитал не меньше двадцати. И это только с их стороны. Холодными, твёрдыми пальцами, Туз зарядил флешетт и 4 зажигательных патрона. Барабан револьвера был на полную забит экспансивными. Сжимая дробовик, ожидая, когда враги подойдут ближе, Туз жалел, что не взял динамит. Невнятная речь нарастала. Шаги становились ближе.
Ярко-оранжевый сноп жара с грохотом вылетел из ствола дробовика, словно пламя ракетного двигателя. Облако огня пожрало пятерых культистов, подошедших в плотную к трейлеру Туза. Не менее яркими были вопли от боли. Казалось, что тонущие в адском жаре вложили все свои силы в эти вопли и умерли не от смертельных ожогов и болевого шока, а от столь громкого крика. Гниль отступила под гнетом гари от спаленного мяса, рванья и прожженных насквозь костей. Противогаз не спасал. Оглушенный криками сожженных культистов, Туз как-то не расслышал, как Шестипалый и Вилли открыли ураганный огонь по впавшим в оцепенение сектантам, скосив как минимум ещё пятерых. Остальные забежали в трейлеры или, грохнувшись в панике на пузо, прикрылись трупами, открыв беглый огонь.
Пули без труда прошивали укрытия, то близко, то далеко и те со свистом врезались в стены. Вилли и Шестипалый смолкли, отвлёкшись на перезарядку. Зарево горящих трупов чуть подсветило четверых культистов, засевших в трейлере напротив Туза. Судорожные всполохи выстрелов пытались достать Туза, но наёмник дал второй залп прямо по окну, из которого шла стрельба. Яркой вспышкой вспыхнули крики попавших под зажигательную смесь культистов, а вместе с криками вспыхнул трейлер. Огонь жадно пожирал внутренности трейлера и своих жертв, испуская едкий черный дым, который в секунды заполонил весь коридор. Уши четко уловили гомон со стороны, откуда пришла троица. Ещё одна группа «Праведников». Видно, обошли со стороны мастерских и гаражей. Не успел Туз догадаться об этом, как в его убежище вломились трое тонких, жадно дышащих скелетов, сжимающих черные клинки. Он четко видел их силуэты в дергающимся зареве пожара. Тощие фигуры ринулись к нему, высоко подняв ядовитый метал. Ни секунды не медля, Туз выстрелил третий раз от бедра по культистами и тут же пожалел. Волна огня погребла под собой скелеты, а Туз ощутил на себе, что чувствует кусок свинины над костром. Жар дотронулся до него сквозь плащ, куртку, свитер, штаны, ботинки, даже сквозь противогаз, обволакивая его, как вода в озере и при этом не обжигая его снаружи, а плавя внутренности внутри, так что, кровь закипала.
