– Алексей Ильич, поделись информацией, ху есть ху в этой толпе соболезнующих.
– Ну, я так понимаю, за исключением тех, с кем вам уже довелось пообщаться, – усмехнулся участковый. – Возле гроба рядом с Натальей Чибис, вон та женщина с короткой стрижкой – это старшая сестра Елена, она из Междугорска приехала. С сыновьями своими, – постарше Саня, младший – Илья. У нее еще мальчик есть – Родион, наверно, дома остался. Хороший такой, шустрый пацан… Ладно… Потом тетушки пошли, слева от матери Надежда Тараканова из Красноярска, потом Наталья Ярославина, она в Ленинске живет, они обе между собой родные сестры, а матери погибшей – двоюродные.
– Откуда вы столько знаете? – удивилась Шувалова.
– Так они же все из наших краев, столько лет рядом прожили, росли все тут, потом поразъехались. Я ведь и сам местный, хоть тетки эти и постарше меня будут, но я-то их хорошо всех помню, – он усмехнулся одними губами, – так же, как и все сплетни в поселке.
Застучали молотки. Вот и все. Прощай, Марина. Медленно, но уверенно рос холмик над могилой. Деревянный крест, венки, цветы. Покойная обрела свой новый дом, свое новое пристанище. Земля ей пухом.
Шувалова поинтересовалась еще несколькими людьми, а потом ее заинтересовал подошедший мужчина. Он стоял позади группы родственников, не подходил слишком близко к покойной, а когда гроб с телом опустили в могилу, не бросил даже ком земли, а сразу же пошел прочь с кладбища.
– Кто это? – Шувалова кивнула в сторону уходившего мужчины.
– А это и есть тот самый Игорь Устинов, которого вы так хотели видеть. Я звонил ему сегодня и пригласил к себе в кабинет на пятнадцать двадцать, – он посмотрел на часы, – это как раз через полчаса, мы успеем вернуться в опорный пункт и подготовиться. Я с домочадцами его неформально побеседовал и мне кое-что так же неформально передали, – Филиппов протянул Шуваловой небольшой пакет, – тут рабочий халат, в котором он по хозяйству возится, там пуговки одной нет, по виду такой же. Выводы, конечно, рано делать, но ведь за спрос в глаз не дадут.
– Что ж, спасибо, Алексей Ильич, подарочек, можно сказать, мне сделал. Только вот насчет неформального изъятия… Не получить бы за него по шапке апосля… Сойдется пазл и настучат нам… Ладно, там разберемся. У меня вот только вопрос – а не сбежит наш визави, пока мы добираться будем?
– Куда ему бежать-то, Галина Викторовна? Да и смысл… Хотел бы сбежать – давно смылся бы, оформил командировочку и в путь, с его-то работой.
– Поехали тогда, – Шувалова пошла к машине, – очень мне интересен этот Устинов, настолько от него наша девушка была без ума, что про все на свете позабыла – и про мужа, и про клятвы верности, и про детей, и про то, что живет не в мегаполисе, а в деревне, где все на виду.
– Может, он в постели бог, – съехидничал Филиппов.
– Не пошлите, поручик, – Шувалова уселась в машину и захлопнула дверцу. – Поехали лучше. Я вчера из Междугорска отчет получила. Надо будет еще и с вдовцом нашим поподробнее побеседовать, тоже тот еще фрукт – ревнивец, выпивоха и садист. Уверовал он нынче, блин. Ладно, все по порядку. Для начала супермен Устинов, – «УАЗик» по-щенячьи взвизгнул и покатил по проселочной дороге.
Игорь Устинов был немало удивлен приглашению в кабинет участкового. Вопрос следователя и вообще выбил его из колеи:
– Расскажите нам о ваших отношениях с Мариной Морган.
– Я? Об отношениях? У нас были сугубо рабочие отношения, – руки Игоря сжались в замок, глаза внимательно следили за появляющимися из-под пера строчками.
– Рабочие? И в чем они заключались? – Шувалова продолжала деловито заполнять протокол.
– Ну, мы работали вместе, в фермерском хозяйстве Рощиной, я по оборудованию и поставкам, а Марина бухгалтером. Там и общались.
– То есть, вы хотите сказать, что вне работы вас ничего не связывало?
– Нет. Виделись, конечно, иногда, здоровались и все.
– Ясно, – Шувалова достала из папки несколько распечатанных листков и протянула ему. – Как по-вашему, что тогда могут обозначать эти записи?
Игорь прочитал несколько строчек и закрыл глаза.
– Господи, кто бы мог подумать, что она дневник ведет? Дура, прости Господи, – его лицо побледнело, – понимаете, никто ведь об этом не знал, никто даже не догадывался! Для нас наши семьи были очень важны, и эти отношения… они были просто… не знаю даже, как выразиться. В общем, это была просто постель, без обязательств с нашей стороны, без продолжения и всяких сантиментов.
– И ни вы, ни она никогда не заговаривали о чем-то большем?
– Нет. Я даже наоборот стал подумывать, чтобы встречи наши сделать немного пореже.
– Вот как? Отчего же?
– Понимаете, затягивает это, похуже наркотиков затягивает, такой адреналин! Я боялся, что однажды потеряю бдительность и жена обо всем догадается. Да и перед сыновьями неудобно, они у меня уже взрослые, сами с девками женихаются… Серега вон мой на Маришкину Иринку глаз положил, да что-то не ладится пока у него.
– Скажите, Игорь Евгеньевич, а у вас есть синий рабочий халат? – Шувалова приберегла для Устинова небольшой «подарочек».
