Вики тем временем не спеша расстегнула на нем рубашку, пуговицу за пуговицей, рассматривая его безупречный торс, восхищаясь в очередной раз, нежной кожей и красивым рельефом. Дойдя взглядом до пупка, она прикоснулась к нему пальцами, а затем нежно поцеловала его и кожу вокруг, спускаясь ниже, вплоть до пояса брюк, оставляя влажную дорожку, на которую нежно ложились ее локоны. Слегка запустив пальцы под пояс, Вики поглаживала кожу под ними. От этих прикосновений пресс Джейсона напрягся, дыхание участилось, и вырвался в гортанный стон, что заставило ее улыбнуться.
– Ты будто наслаждаешься властью надо мной. – прохрипел он.
– Так и есть. – ответила с улыбкой Вики.
Можно было, действительно, решить, что Вики играет в какую-то игру, если бы не блеск и легкое удивление в глазах, говорящие о том, что она изучает границы своей чувственности и своего желания. И ей тоже стоит немалых трудов сдерживать себя и не стянуть немедленно с него брюки, освободить от одежды его и без того набухшую плоть, сесть сверху и дать волю своим желаниям. Но Вики лишь медленно расстегнула молнию на его брюках и просунула руку еще глубже, в полной мере ощущая под ладонью жажду их близости.
Она помогла Джейсону снять брюки, сложила их и повешала на спинку рядом стоящего стула. Затем подошла к своей сумочке, достала оттуда телефон и включила полюбившуюся ей песню Julia Michaels, под ремикс которой отплясывала сегодня вечером. Теперь же из динамика телефона звучал оригинал идеально подходящий для столь чувственного момента. Она закольцевала ее, чтобы снова и снова слышать о том, что хорошие мальчики попадают в рай, но с плохими мальчиками ты сама словно в раю.
Вики сняла с себя платье, собрала на затылке волосы и встала между ног Джейсона, давая ему рассмотреть ее серебристый корсаж, красиво подчеркивающий грудь и маленькие трусики, лишь слегка прикрывающие самые сокровенные части тела.
Она опустилась на колени и провела подушечками пальцев по внутренней стороне бедра Джейсона от колена до промежности, чем вызвала в нем легкую дрожь. Потом провела поверх ткани боксеров ногтем вдоль паха, невольно задевая чувствительные зоны. Джейсон подал бедрами вперед, следуя порыву, но Вики остановила его, прикоснувшись ладонью к стальному прессу.
– Позволь мне все сделать самой. – прошептала она.
Шумно выдохнув, Джейсон постарался не двигаться, он закрыл глаза, предвкушая дальнейшее развитие событий.
Наконец-то Вики стянула с него боксеры, обхватила ладонью его набухшую плоть, наклонилась и поцеловала самый кончик, затем обвела языком вдоль уздечки и вокруг нее. Она положила ладони на грудь Джейсона, ощущая, как с каждым вздохом она вздымается. Продолжая его целовать, Вики всё глубже и глубже заглатывала его, поражаясь своей смелости и раскованности. Она, то сжимала губы, то расслабляла, втягивала и выпускала, чувствуя все учащающееся тяжелое дыхание у себя над головой. Ей захотелось довести его до экстаза лишь поцелуями и ласками, поддавшись неожиданному порыву, она ускорила темп, провела ногтями от груди до паха и тут же услышала характерное для Джейсона рычание и ощутила солоноватый привкус его семени у себя во рту. Проглотив эту влагу, Вики ослабила хватку, выпрямилась, чтобы посмотреть на своего достигшего экстаза любовника и инстинктивно облизнула губы.
Джейсон приподнялся на локтях и смотрел на нее взглядом, который стоил тысячи слов. Он сел и обхватил ладонями ее лицо, провел большим пальцем по набухшим губам, заправил выбившейся локон за ухо.
– Ты так прекрасна. Ты лучшее, что случалось со мной. – сказал он негромко.
Затем он помог ей подняться, усадил к себе на колени и, запрокинув ее голову, нежно поцеловал в подбородок. Легкими поцелуями он поднялся вдоль скул к уху, тихо прошептал «Ты прекрасна» и покрыл поцелуями шею и плечо. Аккуратно, одним пальцем, Джейсон спустил одну бретельку корсажа, потом вторую. Заведя ее руки за спину и ухватив одним движением запястья, Джейсон заставил выгнуться ее в спине. Второй рукой он провел вдоль позвоночника от поясницы до лопаток, ощущая сначала нежное кружево белья, а потом шелковистую кожу. Обвел плечо, очертил ключицу, прошелся пальцами по краю лифа, будто изучая каждый сантиметр пройденного пальцами пути. Он что-то бормотал так тихо, что было невозможно разобрать ни слова.
Потом он высвободил одну грудь от тесного корсажа, наклонился, взял сосок в рот и принялся ласкать его языком. После он проделал все это со второй грудью. Вики лишь оставалось поддаться его ласкам. Ее тело ей больше не принадлежало. Оно было во власти этого прекрасного мужчины, чьи умелые ласки и поцелуи пробуждали в ней, новые желания, фантазии и удовольствие. Она начала ерзать у него на коленях, давая понять, что с нетерпением ждет более решительных ласк, ощущая у себя между ног вновь возбужденную и готовую к действиям плоть.
– Ты нетерпелива. – прошептал он, покусывая ее сосок.
– Я очень хочу тебя! Я никого и никогда не хотела так сильно, как тебя. Хочу ощутить тебя в себе!
