Наш озабоченный благородный спутник попытался улыбнуться, но улыбка не дошла до губ, и он добавил:
— Великая истина… Редки те матери и супруги, которые ищут счастливые области без нежных чувств, которые греют им сердце… Огромная женская любовь — это одна из самых почитаемых сил в божественном Творении.
Однако у нас не оставалось времени на другие наблюдения. Мы добрались до небольшого жилища из трёх комнат, простых и узких, на физическом плане.
Настенные часы показывали несколько минут за полночь.
Сопровождая Силаса, чьё присутствие словно ветром смело мрачные сущности, группировавшиеся здесь с явным намерением нарушения покоя, мы вошли в скромную комнату.
Мы обнаружили, без единого слова, что проблема действительно прискорбна: малышка двух-трёх лет хныкала возле уставшей и взволнованной молодой женщины. Было возможно различить в её не осознающих широко раскрытых глазах стигмат тех, кто отмечен непоправимым страданием в момент рождения.
Несмотря на это, мы легко признали по озабоченности, которую невозможно было скрыть от Силаса, что бедная женщина представляла собой самый неотложный случай, которому мы должны были предоставить своё внимание и уход.
Стоя на коленях, несчастная покрывала головку девочки поцелуями, выказывая неоспоримую тревогу тех, кто расстаётся навсегда.
Затем, одним быстрым движением, она схватила бокал, содержимое которого не оставляло сомнений в том, что это был яд. Но прежде, чем она успела смочить в нём свои дрожащие губы, Помощник сказал ей уверенным тоном:
— Как ты можешь думать о мраке смерти без света молитвы?
Несчастная не услышала вопрос своими физическими ушами, но фраза Силаса остудила её разум, словно сильный порыв ветра.
Её глаза сверкнули новым блеском, а бокал задрожал в её теперь уже неуверенных руках.
Ориентер протянул руки, обволакивая её успокоительными флюидами нежности и доброты.
Марина, а это была она, сестра, для которой скорбящее материнское сердце просило помощи, под влиянием новых мыслей поставила опасный напиток на своё место и машинально поднялась и легла в постель, принявшись молиться.
«Боже мой, Отец Бесконечной Доброты, — молила она вслух, — смилуйся надо мной и прости мою ошибку! Я не могу так больше. Без меня муж мой будет жить более спокойно в лепрозории, а моя бедная доченька найдёт милосердные сердца, которые подарят ей любовь. У меня нет больше сил. Я больна… Наши счета убивают меня… Как я могу преодолеть свою болезнь, которая пожирает меня, и я вынуждена вязать и ткать без отдыха, разрываясь между мужем и малышкой, которые требуют моей помощи и нежности?…».
Силас провёл над ней несколько магнетических пассов прострации, и, подчинившись его лёгкому движению руки, она в неосознанном порыве силой ударила по предначертанному ей бокалу, который покатился по полу комнаты, разливая смертельную жидкость.
Проливая обильные слёзы, бедное существо в печали настоятельно молило: О Господи, смилуйся надо мной!..
Признавая в невольном жесте проявление посторонней силы, которая препятствовала её возможности обдуманной смерти в этот момент, она стала в молчании молиться, с очевидными знаками боязни и угрызений совести, ментального состояния, акцентировавшего её пассивность, которой и воспользовался Помощник, чтобы привести её к искусственно вызванному сну.
Силас испустил мощный фонтан флюидной энергии на кору головного мозга женщины, которая, будучи не в состоянии объяснить себе причины оцепенения, охватившего её нервную систему, тяжело погрузилась в сон, словно под воздействием сильного наркотика.
Помощник прервал операцию помощи и приветливо сказал нам:
— Перед нами удушающая проблема отягчённого долга. И, указав на молодую изнурённую мать, продолжил: