— Почему бы и нет. Теперь я — солидная дама, руководитель филиала министерства охраны магических ресурсов и директор заповедника. Правда, все это великолепие состоит из меня одной, но это мелочи.
— Рада за тебя.
— А я за тебя. И выглядите вы просто сногсшибательно.
Хлоя хочет еще что-то добавить, но подбегает Анна.
— Роберто, Зоя, вы готовы? Пора начинать церемонию.
И не успеваю я вздохнуть, как уже стою в увитой нежными розами и пышной гортензией арке, и столичный мэр лично объявляет нас мужем и женой.
— Желаете ли вы, Зоя, сказать несколько слов?
Надо что-то говорить? Святая Лейна, я думала, все ограничивается простым «я согласна». Все на меня смотрят, и от этого даже те крохи, что я могла сказать, замерзают где-то на полпути. Но я чувствую руку Роберто, спокойно сжимающую мю ладонь, и выдыхаю. Ничего страшного не происходит, в конце концов, все, что было действительно важным, уже произошло.
— За время нашего знакомства ты вызывал у меня разные чувства: восхищение, негодование, симпатию, азарт и, наконец, любовь. Но никогда, ни одной секунды я не была равнодушна. Сразу и безоговорочно ты завладел моим вниманием, и порой я чувствовала себя рыбкой на крючке, — по залу пробегает смешок, и я чувствую себя свободнее. — Ты раскрывался постепенно, и, узнавая тебя лучше, я поняла, что для меня не может быть большего счастья, чем провести жизнь вместе.
Зрители аплодируют, женщины украдкой вытирают слезы, а я думаю, что слов «какой восхитительный нахал» было бы вполне достаточно.
— Спасибо, Зоя. Роберто?
— Ты не только оказалась красивой и умной, что порой происходит с женщинами, но еще и ошеломительно яркой, сильной, азартной. Способной выиграть гонку на каретах и отправиться отбивать жениха верхом на дикой метле. Я восхищаюсь тобой каждую секунду, умоляю, будь со мной до конца наших дней и потом тоже. Если кто-то и способен отыскать меня на том свете, то только ты.
— Что ж, — немного смущенный такими словами мэр откашливается и продолжает церемонию, — законом, данным мне императором и храмом Великой Лейны, объявляю вас мужем и женой! Поздравьте друг друга первым супружеским поцелуем.
И опять пробегает дрожь, когда Роберто поднимает вуаль с моего лица и все, как будто в первый раз. Сердце стучит, гул поздравлений тонет в нарастающем шуме в ушах, и мне кажется, что я сейчас упаду в обморок.
— Близкие могут поздравить молодоженов! — выкрикивает мэр.
Толпа чуть ли не сминает нас под собой. Я киваю, улыбаюсь, целую кого-то и принимаю поцелуи, и обнимаюсь сотню раз, пока не возникает желание заорать и убежать. А потом еще раз двадцать.
— Роберто, умоляю, спаси меня, — страстно шепчу своему уже официальному супругу на ухо, улучив момент. — Если ты немедленно не украдешь меня, я сбегу сама.
— Предложение устроить за тобой погоню, конечно, заманчивое, но я сам с удовольствием сейчас украдусь. Давай сбежим?
— И побыстрее!
Роберто страстно прижимает меня к себе, мы танцуем все приближаясь к выходу и, улучив минутку, прячемся за тяжелой бархатной портьерой. Откуда, давясь смехом, выбегаем в коридор и, вскочив на облучок, мчимся домой. А потом Роберто доказывает мне, что самые восхитительные часы этого дня только наступили.
Как хорошо все-таки, что у нас две чудо-кареты и мы с Реми можем уехать сами, не дожидаясь пока Зоя с Роберто закончат обязательные для молодоженов визиты сотне родственников и знакомых.
— Знаешь, у меня такое искушение взять и пожениться прямо сегодня, — говорит Реми, — ну или завтра. Пока никого нет. Только ты и я.
А, может, и правда? Зоя поймет, а Роберто, я думаю, и вовсе нет дела до таких мелочей. Но есть еще один человек, которого мы пригласили, и я думаю, что все-таки стоит подождать.
— Давай все-таки, как планировали. Да и мы и так будем дома одни, не все ли равно?
— Нет, Хлоя, — мученическим тоном отвечает он, — совсем-совсем не одно и то же.
— Как ты не понимаешь, предвкушение чего-то хорошего почти так же приятно, как само хорошее.
Но Реми только вздыхает в ответ и печально смотрит вперед, где уже виднеется Рейвенхилл. Мне нравится новая карета больше старой. Все-таки без лошадей открывается вид и на дорогу, и на окрестности. Можно сидеть рядом с возницей, прижавшись плечом, и любоваться закатом, а не лошадиными попами. При всей моей любви к животным, так все-таки лучше.
Остаток дня проходит в приятных хлопотах. Пьем чай с Барбарой и рассказываем про свадьбу Зои, а она про то, как жили мои питомцы эти дни. Бесконечно тискаю всех по очереди, даже крошечной Лале достается своя порция осторожных поглаживаний кончиком пальца. А уж малыш Дамблби так и вовсе засыпает в моих волосах. Пегасенок немного освоился, уже выходит из своей коробки, осторожно обнюхивая наши ладони.
— Что за тварями нужно быть, чтобы так издеваться над живым существом.
Не могу оставаться спокойной, глядя на израненные ноги пегаса. И сколько еще их там?
— Мы должны что-то сделать, Реми!
