И, наконец, дежурная, сидевшая у дверей служебного входа, комментируя драку двух юных зрителей, сказала Ивану Максимовичу:
- Налетели друг на друга, как Монтекки и Капулетти. А по какой причине? И сами не знают.
Услышав это, директор снова подумал: «Вернулось!»
Зина, Андрей и Ксения Павловна пили чай в Зининой комнате.
- Я не сомневаюсь, что лучше всего Ксении Павловне взять сцену из «Без вины виноватых». Кручинина - уже немолодая…
- Зина, - остановил ее Андрей.
- … очень красивая женщина!
- Зиночка! - остановила ее Ксения Павловна.
- Немолодая, красивая… И актриса! Все полностью совпадает. А главное: вы, Ксения Павловна, - вся в материнских чувствах. У вас и Лера - ребенок, и Николай Николаевич, и я. После большого перерыва актрисе, я не сомневаюсь, легче всего сыграть… просто себя.
- Я думаю, ты права, - согласился Андрей. - Но лучше взять не монолог, а диалог с Незнамовым. В этом больше театра… Как вы думаете, Ксения Павловна?
- Я согласна. Но кто будет Незнамовым? Просить актеров из вашего театра неудобно. Это дойдет до Николая Николаевича…
- А разве он против? - удивился Андрей.
- Мы хотим сделать ему сюрприз. Он будет вам благодарен. Только благодарен! Я вас уверяю. Но просить актеров театра, где он главный режиссер, репетировать и выступать вместе со мной… С этим он может не согласиться. Это как-то не принято.
Зина опять обратилась к Шекспиру.
Андрей взглянул на нее с откровенным изумлением. «Зачем же так? При жене!…» - упрекал его взгляд.
- И все же добродетель в какой-то степени всегда остается добродетелью, - мягко возразила Ксения Павловна. - Если человек ошибается, но движим благородными намерениями, его трудно осуждать.
Чтобы Зина не успела высказать своих возражений, Андрей поспешно спросил:
- Так кто же все-таки «подыграет» вам, Ксения Павловна, в этой сцене?
- Как это кто? Ты подыграешь, - сказала Зина.
- Опять я?!
- Если бы я могла выступить в роли Незнамова, я бы сделала это не задумываясь.
- Андрей, я слышала, репетирует сразу на двух сценах… - сказала Ксения Павловна.
- А вечером, после театра, он в порядке отдыха будет репетировать с вами. Я в вашем обществе всегда отдыхаю!
Андрей не умел отказывать.
- Вообще-то роль Незнамова, не знающего своих родителей, мне близка: я ведь детдомовское дитя.
- Да-а?… - с добротой и сочувствием произнесла Ксения Павловна.
- Ты воспитывался в детдоме? Не может быть! - воскликнула Зина. - И не сказал мне об этом?
- Не успел еще… (Она положила руку ему на плечо.) Только не смотри на меня, как на круглую сироту, - попросил Андрей.
- Но в таком случае ты обязан сыграть Незнамова! Сцену его встречи с Кручининой… Там совсем мало реплик. Я помню.
- Человеческий организм не может выдержать такой нагрузки, - сказала Ксения Павловна.
- Чтобы он выдержал, познакомьте меня, пожалуйста, с каким-нибудь хорошим врачом, - неожиданно попросил Андрей.
- А что? - удивилась Зина. - Зачем?
- Так… Профилактически. Есть у меня одна болезнь, с которой, побратавшись, уже невозможно расстаться.
- У тебя?! Болезнь? Какая?
- У нее очень красивое, поэтичное имя. Нефрит.
- Это где?
- Это в почках.
- В почках? - переспросила Зина. - Это опасно?
- Надо время от времени проверяться.
- Тогда, может быть, не стоит играть Незнамова? - сказала Ксения Павловна.
- На болезнях нельзя сосредоточиваться. От них надо отвлекаться!
Зине нравились люди, которые не скрывали и не приукрашивали своих болезней. Не говорили, что болит сердце, если на самом деле болел желчный пузырь.
Ксения Павловна всегда, казалось, только и ждала, чтобы ее о чем-нибудь попросили.
- У меня дочь - будущий медик. - Она стремительно поднялась с дивана. - Я сейчас ее позову… Что же вы не сказали сразу?
Через несколько минут появилась Лера.
- А это Андрей Лагутин, - сказала Ксения Павловна.
- Как говорят в плохих пьесах: «Так вот вы, значит, какой?!» По рассказам папы я представляла себе вас не таким.
- Старше? - спросил Андрей.
- Страшнее, - ответила Лера.
- Они с отцом любят друг друга. Но вечно пикируются, - объяснила Ксения Павловна.
- На что мы жалуемся? - тоном профессионального медика спросила Андрея Лера.
- Что-то в пояснице покалывает. А мне сейчас разболеться нельзя.
- Болеть никогда не стоит. У вас есть какие-нибудь хронические недомогания?
- Нефрит.
- Нефрит?… - Лера перестала шутить. - Почему же вы в кедах? Вам нельзя простужаться.
- Поскольку простужаться нельзя, я закаляюсь!
- Завтра я отведу вас к лучшему специалисту по почкам во всем этом городе. Он читает у нас нефрологию. Я попрошу его…
- Это серьезно? - шепнула ей Зина.
- Я же сказала тебе, что буду перестраховываться.
Лера повела Андрея к врачу… А потом пришла в театр на репетицию.
Увидев ее, Зина не сбежала, а скатилась со сцены в зрительный зал.
- Ты?! Что-нибудь серьезное?…
- Врач не должен покидать своего пациента.
- Ну, что?!
