В глуши невольных впечатлений
О бесполезности ума
Он возбуждал свой утлый гений,
Опустошая закрома,
Где оседало с намолота
Присяжной тризны шутовской
В обход Иову, мимо Лота
Быльё, пропахшее тоской.
А ведь считался жизневедом,
Ниспровергателем личин,
Вдруг – бац! – и сам себе неведом,
Практически неразличим.
Грубеют швы, слабеют узы,
И безмятежно длится век.
Какой Пегас? Какие музы?
Их сочинил нетрезвый грек.
Нужна всего лишь дозаправка.
Но чем? И на какой волне?
У прочих проще: доза, травка,
Всосал – и ты уже вполне.
А тут сплошная буффонада
Плюс арендованный редут,
И никуда ему не надо,
Особенно туда, где ждут.
Облаяв эту синь и эту сень,
И эту сонь, сулящую тоску,
И эту more, ждущую момента,
Споткнуться вдруг о собственную тень,
При этом продолжая на скаку
Вылущивать и вращивать строку
В техническое мясо аргумента,
Затем поправ, вернее, поперев
Намоленное, по ветру пустить
Грехи, долги, надежды, даже сопли
И, замерев пеньком среди дерев,
Всё перетасовать и упростить,
Разъявших сокровенное простить,
Особенно – которые усопли,
И выйти вон, куда-нибудь туда,
Где нет ни лета, ни, допустим, книг,
Ни, скажем, продолжения банкета.
И то, что здесь не стоило труда,
А только укорачивало миг,
Там подверстает к делу твой двойник
С лицом, невозмутимым, как анкета.
7.09.08
Сегодня вторник. Время перерыв
И не найдя ни смаку в нём, ни проку,
Я объявляю жизни перерыв
И предаюсь привычному пороку
Самозакланья. Вечный недолёт
Уже смешит. Становится причудой.
«Эй, – дескать, – кто там? Разворот плечу дай!»
И следом виновато: «Не даёт».
Не дёргайся, ступай, куда ведут,
Не отвлекаясь, не ища резона,
Тем более что впереди не зона,
А то, что оставляешь, – не редут.
Ступай, покуда музыка не врёт,
И солнца блин надраеннее жести,
И сытое фиглярство в каждом жесте,
И каждому порядку свой черёд.
Где Бог не выдаст, красота спасёт.
Не та ли, с разухабистым ухмылом,
Воняющая гарнизонным мылом, —
Чуть зазевался, тут же и всосёт,
И выплюнет, едва употребив,
Туда, где ты же, весело ступая,
Спешил к себе. И этот перебив
Пронзит с оттягом, как игла тупая…
Пересчитай, бессилие тая:
Нас четверо, и каждый – это я,
Поэтому возьмём четыре по сто,
Изладимся и взвоем вместо тоста.
Теперь ступай, узлом вяжи следы,
Тасуй личины, невпопад вникая.
А жизнь твоя, как время, никакая,
Пусть отдохнёт. Недолго. До среды.
6 января 2004
