Хотя угол съемки и освещение оставляли желать лучшего, изображение на экране передало состояние Карла Спалтера вполне наглядно, и Гурни поморщился. Оказаться вот так парализованным, запертым в немом неподвижном теле, не способном ни мигнуть, ни кашлянуть… не захлебываться слюной лишь благодаря специальному механизму… Боже! Все равно что быть похороненным заживо, когда тело становится твоей могилой. Томиться в западне полумертвой плоти и костей. Гурни пробрал приступ запредельной, жуткой клаустрофобии. Передернувшись от одной мысли об этом, он увидел, что прокурор снова обращается к жюри, простирая руку к человеку в инвалидном кресле.
— Трагическая история, ужасное завершение которой и привело нас сегодня в суд, началась ровно год назад, когда Карл Спалтер принял отважное решение баллотироваться в губернаторы — поставив перед собой идеалистическую цель раз и навсегда избавить наш штат от организованной преступности. Похвальная цель, но его жена — подсудимая — с самого начала выступала против, поддавшись чужому тлетворному влиянию, о котором вы узнаете в ходе слушания. С того самого мига, как Карл вступил на поприще служения обществу, жена не только публично высмеивала его и делала все, что было в ее силах, лишь бы пригасить его пыл, но также прервала все супружеские контакты с ним и начала изменять ему с другим — ее так называемым «личным тренером». — На этих словах он приподнял брови, адресуя присяжным хмурую улыбку. — Обвиняемая проявила поистине дьявольскую целеустремленность в том, чтобы добиваться своего — любой ценой. Когда слухи о ее неверности достигли Карла, сперва он не хотел верить, однако в результате вынужден был серьезно поговорить с ней. Он сказал жене, что она должна сделать выбор. Что ж, дамы и господа, она свой выбор сделала. Вы услышите убедительнейшие показания касательно этого выбора — а именно, установления контакта с представителем преступного мира Джакомо Флатано, иначе говоря Джимом Флэтсом, и предложения пятидесяти тысяч долларов за убийство мужа.
Прокурор помолчал и обвел присяжных многозначительным взглядом.
— Она решила, что оставаться в браке больше не хочет — но и денежки Карла терять не хочет тоже, — и попыталась нанять убийцу. Однако тот отказался от предложения. Что же подсудимая сделала тогда? Попыталась подбить на убийство своего любовника, личного тренера, прельщая его перспективами беззаботной жизни где-нибудь на тропическом острове на деньги, которые она унаследует после смерти Карла — потому что, дамы и господа, Карл все еще надеялся наладить отношения и не изменил завещания.
Он простер руки к присяжным, словно моля их о сострадании.
— Карл все еще надеялся спасти брак. Надеялся остаться с женой, которую по-прежнему любил. А чем же в это время занималась жена? Сговаривалась сперва с гангстером, потом со своим грошовым Ромео — убить мужа. Каким нужно быть человеком?
Откуда-то из-за пределов видимости камеры послышался новый голос, тоненький и нетерпеливый:
— Возражение! Ваша честь, эмоциональные домыслы мистера Пискина не имеют никакого…
— Каждое сказанное мной слово будет подкреплено показаниями под присягой, — хладнокровно прервал его прокурор.
Щекастый судья из верхнего угла экрана пробормотал:
— Отклоняется. Продолжайте.
— Благодарю, ваша честь. Как я уже говорил, подсудимая буквально из кожи вон лезла, чтобы убедить юного любовника убить ее мужа. Однако он отказался. И отгадайте, что предприняла подсудимая тогда? Что, по-вашему, сделает в такой ситуации человек, твердо решившийся на убийство?
Он добрых пять секунд испытующе смотрел на присяжных и лишь потом ответил на собственный же вопрос:
— Мелкий бандит побоялся стрелять в Карла Спалтера. «Личный тренер» побоялся стрелять в Карла Спалтера.
Закадровый голос снова возопил:
— Возражение! Ваша честь, употребление оборота «так что» подразумевает наличие у подзащитной мотива. Никакого мотива тут не…
Прокурор снова перебил:
— Ваша честь, я изменю формулировку лишь на основании подтвержденных неоспоримыми доказательствами фактов. Бандит отказался стрелять в Карла. Тренер отказался стрелять в Карла.
Судья слегка поменял положение своего массивного корпуса в кресле. Было видно, что ему чисто физически неудобно.
— Занесите в протокол утверждение мистера Пискина в переформулированном виде. Продолжайте.
Прокурор повернулся к присяжным.
