Женщины способны сокрушить и уничтожить. Знаешь об этом? Вообще, я полагаю, все кому-то причиняют боль, но именно женщинам всегда удается подняться. Ты это замечала? Женщины всегда в итоге остаются на ногах.
* * *Род: Дейзи в тот день мы не ставили в расписание студии.
Карен: Мы работали над «Юными звездами», над их мелодичностью. Я была в комнате отдыха, когда увидела, что в студию заходит Дейзи. Я сразу поняла, что она уже набралась.
Дейзи: Я была изрядно под парами. В свою защиту могу сказать, что было уже пять часов дня. Не это ли у нас всемирный час для возлияний? Да, знаю, это звучит нелепо. Но будь ко мне немного снисходительнее. Я и сама знаю, что вела себя тогда как сумасшедшая.
Билли: Я сидел в контрольной комнате – прослушивал гитарные наложения Эдди, пытаясь убедить его чуточку помедленнее играть свою партию. И тут Дейзи резко распахивает дверь и говорит, что ей надо со мной поговорить.
Дейзи: Он тут же пытается делать вид, будто и понятия не имеет, почему мне вдруг приспичило с ним поговорить.
Билли: Ну, я говорю «ладно» и выхожу вместе с ней в кухню. Она вручает мне бумажную салфетку и оборот какого-то чека или талона, или еще чего-то. И все это у нее измазано черными разводами.
Дейзи: Карандаш для подводки быстро размазывается.
Билли: Я спросил:
– Что это?
– Это наша новая песня, – ответила она.
Я посмотрел на бумажки еще раз и ничего не смог там разобрать.
– Начало песни на талоне, – подсказала Дейзи, – потом продолжается на салфетке.
Дейзи: Он кое-как прочитывает и говорит:
– Мы это записывать не будем.
– Почему нет? – вскидываюсь я.
Мы разговаривали у окна, и оно было открыто. И вот Билли наклоняется и резко закрывает окно. Буквально захлопывает. А потом отвечает:
– Потому что.
Билли: Когда пишешь песню, в которой, скорее всего, речь идет о ком-то конкретном, то можешь быть уверен, что этот человек не станет уточнять, о ком она. Потому что никому не хочется выглядеть придурком, которому кажется, будто бы везде говорится лишь о нем.
Дейзи: – Назови мне хоть одну вескую причину, по которой нам не следует записывать эту песню, – потребовала я.
Билли начал было что-то говорить, но я его прервала:
– Я назову тебе пять разумных доводов, почему нам надо это сделать.
Билли: Она подняла передо мной кулак и принялась перечислять, разгибая пальцы:
– Раз: ты сам уже понял, что это хорошая песня. Два: ты только давеча сказал, что нам надо записать еще что-нибудь жесткое, что-нибудь напрочь лишенное романтики. Это как раз то, что надо. Три: нам необходима еще как минимум одна песня. Ты хотел написать еще одну песню со мной вместе? Так вот я теперь тебе скажу, что совершенно не расположена с тобою вместе что-либо писать. Четыре: этот текст рассчитан на ту твою мелодию в ритме шаффл-блюз[26], над которой ты как раз работал. Так что у нас, можно сказать, имеется сразу законченная песня. И наконец, пять. Я просмотрела еще раз, какие песни собраны у нас в альбоме. Так вот, весь этот альбом – о напряжении. И если ты хочешь придать ему динамику, движение – в тематическом плане, – то тебе нужно что-нибудь взрывное, разрушающее. Вот тебе, пожалуйста! Тут как раз сплошной разлом и разрушение.
Дейзи: Я по пути как следует отрепетировала свою речь.
Билли: Против этого трудно было что-либо возразить, но я все же попытался.
Дейзи: – У тебя нет ни единой причины, чтобы отказаться записывать эту песню, – заявила я. – Разве что тебя лично что-то сильно беспокоит.
Билли: – Меня лично ничего не беспокоит, – парировал я, – но я просто скажу «нет».
Дейзи: – Ты в группе не начальник, Билли, – заметила я.
Билли: – Мы пишем альбом вместе, – напомнил я, – а это я с тобою вместе не писал.
Тогда Дейзи выхватила свои бумажки, сердито утопала из кухни, и я решил, что на этом все и закончилось.
Дейзи: Я собрала всех в комнате отдыха. Всех, кто оказался в студии.
Карен: Меня она буквально притащила за рукав.
Уоррен: Я только раскурил косячок у заднего выхода, и тут почувствовал на своем плече ладонь Дейзи. Она решительно втащила меня обратно в студию.
Эдди: Пит сидел в контрольной вместе с Тедди, а я отлучился в сортир. Когда я вышел, Пит уже тоже явился в комнату отдыха – узнать, что происходит.
Грэм: Мы с Питом сидели в комнате отдыха, с чем-то разбираясь, как вдруг все собрались перед нами.
Дейзи: Собрав всех, я сказала:
– Я хочу спеть перед вами одну песню.
Билли: Я обнаружил, что вся группа стеклась в комнату отдыха, и возмутился про себя: «Какого вообще хрена?»
Дейзи: И добавила:
– А потом вы все проголосуете, надо ли эту песню записать и вставить в альбом.
Билли: Я так разозлился, что меня бросало то в жар, то в холод. Я весь похолодел, даже застыл на месте. Было такое ощущение, будто из меня вытекла вся кровь, – точно кто-то вытянул из ванны пробку.
Дейзи: И я начала петь. Без всякого аккомпанемента, просто пела эту песню так, как она звучала у меня в голове.
