По мановению ока пол исчез, открывая зияющую пустоту, глубинной с пятиэтажный дом, на бетонном дне которого валялся труп «красного демона», угодившего в голографическую ловушку. Теперь ясно, почему Джонни так взволнованно отреагировал на то, когда Эйприл встала на пороге, а я буквально вталкивал её в злосчастную комнату. Выглянув в дверной проём, я без труда смог увидеть на одной из полок металлический шарик с красной точкой посередине. Точно такой же, как и на моём рабочем столе! Если пол и стены моего кабинета настоящие, что же в нём тогда голограмма?
Бум – грохотнул выстрел, и амбал беззвучно упал скошенным бамбуком. Мой несчастный охранник с красной точкой в затылке разлёгся бесформенной кучей, открывая вид на сволочь в красной повязке.
– Я его поймал! – проскрежетал искаженный голос из-под капюшона, и хищные огоньки глаз приблизились ко мне вплотную, сократив расстояние от дула пистолета до моей груди в мизерный сантиметр. – Теперь никуда не денется. Мы на третьем.
– Тварь! – видя как кровь моего «провожатого» растекается по гладковыбритой голове, я начал буквально вскипать от гнева. – Гореть тебе в аду!
– Ты первый туда отправишься, убийца! – злорадно парировал ублюдочный «демонёнок».
Последующий процесс, с точки зрения химии был сложный и долгий, как запуск нитро-ускорителя в машине – моё сознание распознало данное событие как «не норма», и из-за отсутствия проверенных алгоритмов поведения для положительного разрешения ситуации, повесило ярлыки «опасность» и «стресс». Из-за этого нервная система начала приходить в возбуждение, а информация про экстремальное состояние дошло до надпочечников. Они, в свою очередь, выделили в кровь убойную порцию адреналина, заставляя сердце биться быстрее, сосуды расшириться, мышцам получить дополнительный тонус, а кровь в головном мозге идти быстрее. Реакция на происходящее ускорилась в полтора раза. Необходимое время для этого процесса составляет примерно от половины до полторы секунды.
С моей субъективной точки зрения, я сделал то, что умел и чему обучался долгие годы (просто не помнил этого) – левая рука молниеносно скользнула по кисти «красного демона», хитрым нажатием на какие-то болевые точки ослабляя хватку пистолета, вместе с тем отводя её вверх от моей груди. Тело в это время двигалось вправо, освобождая дверной проём для броска, и с помощью нехитрого захвата мой противник с криком полетел в несуществующий пол.
В итоге битвы, длившийся не больше пары секунд, в моей руке оказался пистолет с полной обоймой.
– Хватит с меня! – от неистовой смеси испуга и бурлящий во мне крови, моим собеседником стал я сам. – Красные суки, людей бьют. А чего ты хотел, мармеладной кровати с пампушками? Как ты себе представлял жизнь человека, который построил машину против старения? Чем больше у тебя есть, тем больше людей, которые хотят всё отнять. Это враги, друг мой. Нет на свете того, кого не хотели бы сожрать другие.
С такими мыслями начался мой одиночный поход до кабинета, с преимуществом в один пистолет и многолетней практикой рукопашного боя, хранившейся на подсознательном дне. К моему счастью, я помнил куда и как идти, дабы в этот раз не плутать в поисках нужных поворотов и необходимых коридоров. Картина с убитым амбалом не выходила из моей головы, что понизило потенциал моего альтруизма до температуры северных ледников.
В третьем коридоре мной был встречен очередной «красный демон» выходящий из комнаты, и встречен он был оглушающим ударом в шею, и последующей скорой расправой – противоположная дверь была как раз с квадратной ручкой, открыв которую я без промедления выкинул свою жертву в несуществующий пол.
На следующем повороте дорога свела меня с двумя «демонами», которые стремительно и без оглядки двигались в мою сторону. Увидев меня, оба молодца успели лишь обмолвиться парой слов со своим главным, и без церемоний каждый получил по пули в лоб. Захватчики вели себя настолько нагло и уверенно, что пренебрегали даже самыми простыми правилами безопасности и шли как танки на пролом.
Им же хуже!
Ещё четырёх я уложил в короткой перестрелке, прячась за массивную тумбочку в коридоре. В этот раз сукины дети были намного аккуратнее, видимо до них уже дошла новость, что у меня есть оружие. Впрочем, с маской в пол лица и капюшоном прикрывающим добрую половину обзора особо не повоюешь. Вдобавок, у меня оказались неплохие навыки стрелка, и если в перестрелке в Павловичем я чувствовал как рука протестует против огнестрельной отдачи и начинает предательски дрожать, то сейчас мои руки и глазомер работали на полном автоматизме, без усилий и промахов.
