Господа генералы невесело заулыбались. Действительно, согласно устава 1818 года кавалерии запрещалось «Делать атаку на пехоту, изготовившуюся встретить конницу». Или как в условиях горной местности производить атаки рысью, переходя в карьер «не далее чем за 80 шагов». Пехотный устав, принятый двумя годами раньше был еще дурнее. В нем, например, о проведение атаки не говорилось ни слова! Зато очень много говорилось о «танцентмейстерской науке» и приемам обращения с ружьем (но не в рукопашном бою, а на парадах!).
– Позвольте, Ваше Высокопревосходительство, – встал Вельяминов-старший. – Безусловно, все то, что вы сказали – верно. Но выполнение или невыполнение устава – это еще не повод для измены.
Вельяминов произнес вслух слова, которые вертелись на языке у большинства присутствующих. И теперь генералы напряженно ждали – а что ответит Ермолов? Не рыкнет ли в своей обычной манере? Но вспышки с его стороны не последовало. Видимо, он уже предвидел подобное обвинение:
– Иван Алексеевич, – довольно спокойно сказал главнокомандующий. – Объясните, кому я изменяю? Мятежникам, убившим императора? Или самому императору? К слову – присяги Михаилу Павловичу мы до сих пор не давали.
– Да, но существует преемственность власти. Существуют, наконец, определенные вассальные отношения.
– Не спорю. Но отношения вассала подразумевают не только обязанности, но и права. Что скажет наш дипломат? – обратился Ермолов к Грибоедову.
– Да, господа. В Британии, например, сюзерен не заботился о прокорме для воинов. Скажем, во времена столетней войны, вассал брал с собой в поход копченый окорок. Когда заканчивался последний кусочек, рыцарь имел право уехать домой, – очень серьезно сообщил Грибоедов.
Кое-кто рассмеялся, но Вельяминова-1-го рассказ не позабавил:
– Я знаю, что вы очень начитаны, Александр Сергеевич. Тем не менее вынужден сообщить, что я считаю попытку образовать так называемое, – ядовито сказал генерал-майор, – Восточное Царство – изменой империи.
– Хорошо, – неожиданно кротко сказал Ермолов, – представим себе, что мы ведем войну, являясь Отдельным Кавказским корпусом армии Его Величество Императора. В прежние годы из России, то есть из-за Кавказского хребта, нам поступало пополнение: оружие и боеприпасы. А где их брать сегодня?
– Солдат будем брать на месте. Оружие и боеприпасы покупать. Можно наладить торговлю, – набычился Вельяминов-1-й.
– Иван Алексеевич, – в конце концов не выдержал его младший брат, Вельяминов-2-й. – Ну, как ты не понимаешь простой истины: денег-то у нас тоже нет.
– Наместник имеет право собирать налоги, – упрямо стоял на своем Вельяминов-1-й. – Эти налоги мы вправе сейчас оставлять себе, а не отправлять их в казначейство.
Ермолова нередко раздражало упрямство своего «гражданского» заместителя. Порой генерал от инфантерии не спорил с Иваном Алексеевичем и не доказывал ему очевидных вещей, а просто приказывал. Но сейчас следовало все объяснить не только Вельяминову-1-му, но и остальным. Поэтому, взяв себя в руки, стал излагать:
– Господин генерал-майор забывает, что ведение военных действий требует огромного количества средств. На сегодняшний день, если мы взыщем в с е налоги – а это, как вы знаете, нереально – денег нам не хватит. Поэтому либо мы будем брать в долг – а кто даст? – либо повышать налоги, что приведет к недовольству обывателей. Как наместник я не имею права ни чеканить монеты, ни печатать ассигнации. Кстати, налоги-то я тоже не имею право повышать. Суммы устанавливает Санкт-Петербург. Далее – нам необходимо развернуть корпус в армию. Это потребует определенного количества генералов. Опять-таки – жаловать генеральский чин имеет право только император. Объявив себя правителем Восточного царства, я буду иметь право на то, что нам потребуется. Я вас убедил, господа?
– Хотелось бы добавить, – поддержал наместника грузинский военачальник, генерал-майор русской армии Валиани, – для населения, а прежде всего – для знати, наместник, который замещает неизвестно кого, не имеет авторитета. Пока они подчиняются только из уважения к имени генерала Ермолова. А потом – часть откачнется к Искандеру или турецкому султану. Другие будут сражаться, но без единого военачальника их хватит ненадолго. Если вместо генерала и наместника на Кавказе будет правитель, они поддержат его и людьми, и оружием.
– Ну, а самое главное, что может успокоить господина Вельяминова, – усмехнулся Ермолов. – Я сегодня же отправлю подробную депешу Михаилу Павловичу, где будет предложено немедленно привести все войска Закавказья к присяге на верность ему как императору. Кроме того сообщу ему о решении перевести статус наместничества в Царство. Думаю, господа, вы уже поняли, что Ермолов был и есть подданный русского императора, который вовсе не собирается делать свое, личное царство-государство. Правда, этот факт я попрошу пока держать в секрете. Пусть это будет известно лишь нам и императору. Когда смута в России уляжется, я готов вернуть Закавказье в лоно Российской империи. А сам… Да хоть в отставку.
