Альдред осёкся. Его губы дрожали. Казалось, вот-вот всё разложит по полочкам, и архонт ему поаплодирует за сообразительность. Но нет. Все потуги заговорить обернулись крахом. Он попросту заплутал в трёх соснах.
Видя, что гость замялся, Актей сжалился над ним и пошёл навстречу:
— Давай я проясню тебе картину. Знаю, ты сильно одичал за эти дни. Буквально снизошёл до зверя, загнанного в угол. Раненого, кровожадного, эгоистичного. Я такое видел в Саргузах уже тысячи раз. Тысячи. Поэтому для тебя трудно зреть в корень. Смотри. Уже пятый день, как наступила Седьмая Эпоха. Так?
Скрепя сердце Флэй кивнул.
— Прародитель даровал мне свою силу в первый же день. В первый же! А почему? Как считаешь? Да потому что я сделал для этого всё! Претендента лучше попросту не было. Я остался единственным достойным. И я взял то, что моё по праву.
На это Альдред ничего не ответил. Он просто ждал, когда архонт выложит ему всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Тот не возражал и просто продолжал.
— И в то же время ты — остаёшься не у дел. Ты не перешёл черту между простым смертным и избранником Бога. Разве ты не задумывался, как так получается?
— Может, потому что я не Киаф никакой, а ты просто обводишь меня вокруг пальца? — дерзновенно бросил ему предатель.
Ламбезис рассмеялся от всей души.
— Если бы, мой дорогой Альдред! Граст видит тебя насквозь — а значит, вижу и я. Ты Киаф. Более того, наши Боги похожи. Наши Боги одной природы. Просто твой до сих пор не может определиться, чьё тело сообразнее размаху его мощи, широте его… амбиций. Кроме тебя, есть еще сколько-то. И пока что ты отстаешь. Или ты откровенно слаб, или никак не выделяешься на фоне остальных.
— И кто же эти сверхлюди? — пошутил Флэй, снова скрестив руки на груди.
По-другому у него не поворачивался язык назвать конкурентов. Он-то считал, туже, чем ему, во всём Аштуме никому не пришлось в эти дни.
Удивительно. Архонт их знал.
— Волшебница из Нирении, носящая в себе демона с нижайшего слоя Аида. Её содержали в изоляторе, а в личном деле стоит пометка «особо опасна». Сейчас её жизнь под вопросом, поэтому твой Бог колеблется.
То же самое легендарный драконоборец из Империи Луров — блуждает в Недрах уже пару недель, и всё пытается найти выход на поверхность.
Какой-то герой войны из Орши. Молодой король Герватии. Вестанская ведьма, собирающая шабаши с сотнями подружек.
Наёмный убийца в Бештии — попался при покушении на дофина, теперь его насилуют калёным железом.
Гладиатор за Экватором — жизнь на волоске, не совладал со львами на арене. И поверь, это только верхушка списка.
Ты один из последних примерно в сотне кандидатов. Стоит задуматься. У тебя конкуренты раскиданы по всему миру. Во многом, выгодно тебя отличает от них только географическое положение посередине двух континентов.
Альдред покачал головой, поражаясь безвыходности своей ситуации. Тогда ради чего он борется? Для чего живёт? Что ждёт? Он в гораздо более худшем положении. Не факт, что Бог из Пантеона вообще когда-нибудь выберет его.
— И как так вышло?..
— Это в порядке вещей, друг мой. Я подготовился. Ты — нет. Мой Бог забыт, а твоего почитают. И потомков у него гораздо больше, чем у Неназываемого. Всё просто. — Он ткнул пальцем в стол.
Наступила гнетущая пауза. Флэю следовало бы осмыслить всё сказанное, но он оказался не в состоянии сделать это: голова его свинцом будто налилась. Между тем Ламбезис подозвал слугу жестом, указал на кубок. Тот подошёл и наполнил его. Архонт начал пить. Осушив на четверть, продолжил:
— Можешь меня проклинать. Ненавидеть. Считать врагом. Но на самом деле, я самый близкий твой друг. Ближе некуда. Потому что я… — Он показал на себя. — Я делаю всё, чтобы твой Бог выбрал из всех этих претендентов именно тебя. А для этого ты должен выложиться на полную. Показать и доказать свою силу. В борьбе. В страданиях. В преодолении невозможного. Только так ты и тебе подобные способны воссоединиться с Пантеоном. И никак иначе. И я тебя не жалею. Перегибаю. Но другого пути нет.
Дезертир с грустью поглядел на Актея.
— Почему я? Почему ты выбрал подопытным кроликом… меня? — еле слышно шептал он, не веря своим ушам.
Ламбезис выдохнул шумно. Подцепил вилкой кусок баранины, окунул в ткемали, затем стащил с двух зубчиков его зубами, принялся жевать. Как проглотил, так и сказал:
— Что ж, ты имеешь право знать правду… Наверняка ты помнишь нашу самую первую встречу с тобой. Уже тогда я видел, передо мной Киаф.
Потому-то я так удивился, что кто-то вроде тебя служит в Инквизиции. И ведь эти тупицы даже не поняли, кого воспитывают. Совсем от сладкой жизни расслабились. Не столь важно. Своё они получат. Важно, что я увидел в тебе: как мало кто в этом мире, ты заслуживаешь воссоединиться с Богом, который оставил в твоей душе частицу себя.
Флэй замер, затаив дыхание.
