— Я работаю в этом госпитале с тех самых пор, как закончил Академию в Циме. Ни с чем подобным наши врачи не сталкивались. Собственно, и я не мог понять, в чём дело, пока из больных не полезли чёрные минералы. Насколько я мог судить по внешнему облику и полученным образцам, это был нектар. Чёрный нектар.
Дезертир насторожился.
— Известно ли Вам что-нибудь о чёрном нектаре?
— Нет.
«Хм… Да ладно?»
— Откуда ж тогда Вам знать, что это был именно он?
Шумаец шарил по полу глазами, будто там скрывался ответ на вопрос. Наконец, он пояснил, еле выдавив из себя:
— Там, откуда я родом, соли белого нектара применяют в медицине. Его состав заменяет группу продуктов, необходимых для нормальной жизнедеятельности человека. Мы физически не можем за раз съесть столько пищи, чтобы восстановить здоровье, зато можем принять горстку этого минерала. В Шумае лечатся так. В том числе.
— Значит, с нектаром Вы знакомы не понаслышке? — Альдред насторожился.
Пряча глаза, доктор Ван пробубнил:
— В общем-то, да.
— И когда Вы поняли, что это чёрный нектар, что Вы сделали?
Лицо врача — белое, будто лист бумаги — вдруг стало пунцовым. Теперь доктору уже не казалось хорошей идеей идти на попятную Инквизиции. Он мог лишиться головы, как ни крути. Предчувствуя, что шумаец вот-вот сломается, Флэй поспешил заверить:
— Как я уже сказал, Вам не о чем беспокоиться. Говорите, как есть. Последствий для Вас не будет. Уж дурных — так точно.
— Хорошо. — Доктор Ван собрался. — Сходство между минералами натолкнуло меня на мысль об их антагонистической природе. Что, если один влияет на другой? Решил попробовать шумайскую медицину. Естественно, не в открытую.
Предатель насупился.
— Где же Вы раздобыли белый нектар? Его не продают ни на рынках, ни в аптеках. Да и стоит, скажу Я Вам, в разы больше, чем получают врачи…
— Белый можно найти. — Шумаец покачал головой. — На Барахолке точно знаю, где продают. Цена другая. Мои земляки там живут и покупают у паосцев, что привозят его с Невольничьего Берега. Правда, его всегда мало. Денег стоит. Его обычно в дурман подсыпает молодёжь. Говорят, усиливает ощущения при курении. Глупости. Когда я туда заходил, прикупил небольшой мешок уже дроблёного. Сольдо было не жалко. Я хотел узнать, что это за болезнь.
Шутка ли, ренегат проникся к доктору Вану немым уважением. Ему импонировали люди идеи, которые горели тем, что делали. Отчасти Флэй даже завидовал ему. И конечно, был безмерно благодарен, что жизнь свела его с человеком вроде этого.
— Ладно. Какие шаги Вы предприняли дальше? — подгонял дезертир.
— Я попробовал давать больным горсть белого нектара. Но быстро выяснилось, что это лишь вредит. — Врач почесал затылок. И хотя ничего ему не угрожало, он заливался потом. И дело было даже не в душном кожаном одеянии, что было на нём. — Уже через несколько часов чёрный минерал начинал прорастать из их голов. Они умирали. Не обращались, просто становились целым скоплением друз.
— Выходит, при таких обстоятельствах чёрный нектар подавляет белый?
— Совершенно верно. — Доктор кивнул, постепенно наполняясь уверенностью. — Боюсь, это моя вина. Я должен был предвидеть, что чёрный нектар сильнее по природе своей. Хоть и не так стабилен, как обычный. Тогда я продолжил искать варианты. Уже вдумчивее. Как мне казалось, если белый и может подавить или вовсе обратить вспять произрастание своего… доппельгангера, то явно не в одиночку. Нужно было вывести такую формулу, которая бы дала беспроигрышный результат. И, как Вы заметили на собственном примере, у меня получилось.
— Так с чем же Вы смешали белую соль? — напирал Альдред. Его любопытство разгоралось от вопроса к вопросу.
Доктор Ван усмехнулся незлобиво и покачал головой.
— К сожалению, я не могу выложить Вам все карты на стол, господин инквизитор. Это поставило бы под угрозу мою жизнь, как я считаю. Церкви ничего не будет стоить избавиться от меня и попросту присвоить рецепт себе. И как с гуся вода.
Удивительно, и всё же шумаец отличался небывалой прозорливостью. Навряд ли он знал многочисленные истории о гениальных инженерах, чьи разработки Священная Инквизиция забрала себе, а их — попросту утопила в ближайшем болоте. Может, слухи, но методы организации располагали в них поверить. Как бы там ни было, давить на него ренегат не стал. Просто сделал вывод, что имеет дело с до жути тщеславным параноиком.
— Хотя бы намекните! — издав короткий смешок для разрядки обстановки, шутливо попросил дезертир.
Ему едва ли была важна голая формула. Совсем другое дело — конечный продукт, к которому бы он имел постоянный доступ в случае чего. В свете этого разговора Альдред понимал, что просто обязан доставить врача к Инквизиции. Если всё-таки заразился Колонна, помер капитан или нет, столь жирный улов мог значительно повысить его авторитет в глазах сослуживцев. Выбить преференции. Даже обеспечить иммунитет в коллективе. А это дорогого стоит.
Гениальность чересчур давила шумайцу на мозги. Он сдался почти без боя.
