Утром следующего дня студенты четвертого курса принесли дротики. Обычные, стальные, предназначенные для тренировок, и вскоре Педру с удивлением понял почему. Они устроили соревнование, в котором главной задачей было попасть не в него, а в дубовую доску, максимально близко к его лицу или руке. Чем ближе попадал дротик, тем выше начислялся балл, а вот если кидающий мазал и дротик втыкался в щеку или в руку, то допустивший такой досадный промах терял все набранные баллы.
Педру удовлетворенно выдохнул. Такое времяпрепровождение он всецело одобрял. И даже задумался над возникшей перед ним дилеммой – он отлично запомнил личности мазил, и, по-хорошему, им следовало бы назначить дополнительные тренировки по меткости: для будущего колдуна это одна из важнейших дисциплин. Но, с другой стороны, это может быть расценено как месть за причиненные повреждения. Педру решил, что он обдумает проблему со всей тщательностью. А может быть, даже спросит совета у дона Криштиану.
Игра так увлекла молодежь, что Педру даже забеспокоился, не опоздают ли студенты на занятия, но как только часы на башне пробили к их началу, площадь мгновенно опустела. И Педру решил, что дополнительные часы никому назначать не будет. Просто устроит в ближайшее время состязания с призами, а уже по итогам этих состязаний примет решение, что ему делать с отстающими.
После двух на площади снова собралась толпа. В какой-то момент от нее отделился студент и уверенным шагом направился к столбу. В руках у него была корзинка с яйцами.
Педру сразу узнал парня: он был одним из тех, кто кричал «ура» на прошлом уроке. Похоже, он все же решил воспользоваться данным ему на лекции разрешением.
– Я, от лица всех студентов шестого курса, хочу за-заявить! – прозвенел над площадью голос. Юноша остановился в шаге от Педру и внезапно замолчал, судорожно сжимая в руке ручку корзинки. Педру посмотрел на него. Страха на лице парня не было, но эмоцию, которая наполняла его взгляд, Педру разобрать не смог. Щеки парня пошли пятнами, он шевелил губами, не в силах издать больше не звука.
– Короткую соломинку вытянул? – едва слышно проговорил Педру.
Студент дернул головой и внезапно посмотрел на ментора с такой надеждой, что Педру не выдержал и, едва заметно улыбнувшись, подмигнул.
– Не теряй лицо. На тебя вся площадь смотрит, – едва слышно прошептал он, – ты колдун. – И опустил голову, чтобы больше не смущать студента.
И снова над площадью разнесся звенящий голос:
– Ментор Педру, мы все устали от вас. От установленной вами дисциплины и правил. От бесконечных пересдач, от дополнительных заданий. От ваших проверок. Мы вынуждены заниматься по ночам!
Бац! Одно из яиц разбилось о голову.
– …а потом мы засыпаем на лекциях, и нам снижают баллы!
Еще одно яйцо шмякнулось на макушку, и толпа на площади восторженно взревела.
– А с утра вы в любой момент можете зайти с проверкой, и мы должны бросить все дела и прыгать по комнате, устраивая боевое построение! Даже если сидим в туалете!
По рядам студентов, собравшихся на площади, пронесся одобрительный смех. И еще одно яйцо, расколовшись, потекло по волосам.
– А ваша любимая игра в «демона»? – продолжил тем временем студент. – Мы с ужасом ждем ее каждый год, и даже Рождеству так не радуемся, как ее окончанию…
Площадь взорвалась одобрительным гулом. Игра «Диабу» действительно проводилась в декабре и длилась неделю. «Демонами» назначались несколько студентов разных курсов. Им вручалась особая печать, и человек, которого она коснулась, считался «съеденным». До конца игры он не допускался до занятий, но был потом обязан досдать и наверстать упущенное. Вся соль игры состояла в том, что никто не знал, кто является «демоном», подкараулить и «припечатать» мог любой – от старшекурсника до безобидного малыша, не имеющего даже прав на ношение капы.
Под подозрением был любой. И половина студентов ходила с рассеянными щитами, чтобы не пропустить внезапной атаки и не стать жертвой «демона». Но если «демоном» оказывался кто-то из старших, даже это не спасало.
Зато тем, кто играл демонов, за каждого «сожранного» добавлялись баллы.
Педру казалось, что это довольно веселое развлечение перед рождественскими каникулами.
Но, похоже, студенты придерживались иного мнения.
– А половину из нас месяц рвет морской водой после вашего любимого зачета! – Голос студента окреп, и еще одно яйцо с силой ударило прямо в лоб.
– Да! – заревела толпа.
– А ночные побудки по тревоге? Но знаете что? Мы не спим! Ночами мы делаем ваши дополнительные задания!
– Да-а! – Толпа неистовствовала.
– Вы не человек! Вам никогда не понять, что есть вещи поважнее постоянной зубрежки и тренировок!
С этими словами студент нахлобучил Педру на голову корзину с оставшимися яйцами.
«Есть… Это ваша жизнь», – подумал про себя Педру, но вслух ничего не сказал. Да и не услышал бы его никто. Как по мановению невидимой руки, толпа собравшихся на площади студентов кинулась на него.
И началась вакханалия.
