Их исчезновение и прибытие вызвало некоторую панику и в пункте А и в пункте Б. Исчезновение двух рот поочередно списали на незнание местности и глупость командиров, дезертирство и вражескую разведку. И только получив матерный запрос от Баграмяна, немного успокоились.
В Бухаресте недавние обитатели тайги и тундры прижились быстро. Правда, пришлось их от греха подальше перевести исключительно на мясной паек, так как попытка накормить красноармейцев местной сельхозпродукцией вызвала у аборигенов Севера сильнейшую аллергическую реакцию. Новобранцы из числа русских отреагировали менее остро, но всё же…
Поваров из местной спешно национализированной ресторации где сдуру покормили красноармейцев, думали расстрелять, но затем заменили расстрел копанием противотанковых рвов. Жители тайги и тундры все как один оказались великолепными стрелками. После того как пара немецких и румынских батальонов прекратила своё существование атаковав ночью на вверенном пехотинцам участке, охотники волевым решением Баграмяна были частично перевооружены содержимым дорогих оружейных магазинов города и распределены по периметру города. И это было хорошо т. к. борт со спешно перевозимой оптикой для снайперов десанта упал где-то под Кишиневом ещё до начала операции, а новой естественно, привезти не успели.
Через пару дней после перевода вконец зашуганные румыны, немцы и венгры практически перестали показываться на глаза. Сбили даже несколько самолетов. На этом хорошие новости последних дней и заканчивались.
Воздушный мост трещал. Полеты транспортников проводились только ночью, грузы сбрасывались с парашютами, но всё равно боеприпасы были на исходе, даже к трофеям. На третий день осады, пара десятков Ю-87 отбомбилась по захваченным складам гарнизона. Перевезти или рассредоточить их никто не догадался.
Вражеская артиллерия лупила практически непрерывно, лишь с перерывами на еду и сон. Самолеты противника вели себя аналогично, устраивая по нескольку налетов в день. Пыль с дымом стояла в воздухе столбом. Спасало сравнительно небольшое число орудий и самолетов и нежелание румынов уничтожать свою столицу. ПОКА спасало.
— Что случилось?
Этот вопрос задал его заместитель по политической части комиссар Фомин.
Из приказа командующего Румынской речной дивизией "… в ночь с 01 на 02 мая 1940 г. мониторам "Ион Братиану", "Александру Лаховари", "Ардеал" и "Бессарабия" и кораблям поддержки скрытно оставить занимаемые позиции и двинуться вверх по течению Дуная на соединение с германо-венгерской флотилией. Поврежденный монитор "Буковина" как неспособный передвигаться затопить, по возможности сняв вооружение…".
Из приказа маршала Рокоссовского от 01 мая 1940 г. гарнизону Бухареста "… нанести отвлекающие удары по всему обороняемому периметру. Демонстрацию основного прорыва провести в северо-восточном направлении. Одновременно будет нанесен встречный удар моторизованными соединениями Бессарабского фронта с целью отвлечения сил и внимания противника. Главным силам десанта и добровольцев из числа местных жителей прорываться в южном направлении к Дунаю для посадки на корабли Дунайской флотилии. Перед прорывом будет произведена бомбардировка вражеских позиций в зоне атаки огнесмесью с тяжелых бомбардировщиков ТБ-3 и легких ночных бомбардировщиков У-2. Принять меры к недопущению обстрела своих самолетов….".
Из приказа маршала Рокоссовского от 02 мая 1940 г. "… перейти к обороне г. Констанца и занятой Красной Армией прилегающей территории. Наступательных операций не проводить, войска не рассредотачивать. Активизировать строительство оборонительных сооружений — противотанковых рвов, надолбов, дотов, дзотов, траншей полного профиля…".
Из дипломатической переписки СССР и Германии (опубликовано в 1978 г.).
"До последнего времени Советское правительство, учитывая официальные заявления отдельных представителей германского правительства, имевшие нередко недружелюбный и даже враждебный характер в отношении СССР, исходило из того, что германское правительство ищет повод для столкновений с СССР, готовится к этим столкновениям и обосновывает нередко необходимость роста своих вооружений неизбежностью таких столкновений. Мы уже не говорим о том, что германское правительство, используя так называемый антикоминтерновский пакт, стремилось создать и создавало единый фронт ряда государств против СССР, с особой настойчивостью привлекая к этому Японию.
Заключение в 1939 г. пакта о ненападении и торгово-кредитного соглашения позволило предполагать, что германское правительство намерено отказаться от своих прежних устремлений. Однако отказ германской стороны в одностороннем порядке от выполнения достигнутых договоренностей, прямое нарушение их путем оккупации Прибалтики показало, что германское правительство не изменило своих устремлений.
