— И вы считаете, что это дает вам право указывать мне, с кем я могу встречаться, а с кем нет?
— Я в этом уверен. Послушай…
— Нет, это вы меня послушайте, — я сделала еще шаг в сторону, когда он попытался снова обнять меня. — Вы не смеет позволять себе решать за меня, как мне жить. Вы мне никто, как бы ко мне не относились.
— Никто? — его глаза опять сверкнули.
— Никто, — внутри что-то сжалось, но я не могла сдать свои позиции. Он в конец обнаглел!
— Значит, я для тебя пустое место? — от его ледяного тона у меня мурашки побежали по коже.
— Я этого не сказал, — мой голос дрогнул. — Я сказала, что вы не имеет никаких прав руководить моей личной жизнью. Вы мне не отец, не брат, не муж…
— Значит стану им, как только сойдем на берег, — яростно прошептал Дайанар. — Но ледийца к тебе не подпущу.
— Да как ты смеешь, — у меня даже дыхание перехватило от такой наглости. — Эта ревность…
— Это не ревность, Дэла, это уже не только ревность, — увидев, как я дернулась на свое имя, он отмахнулся, — нас не слышат.
— Тогда что это?! — заорала я.
— Я хочу защитить тебя, бестолочь! — заорал он в ответ.
— От кого?! От Лина? Он любит меня и никогда не причинит вреда!
— Что ты знаешь о древней магии горгулий? Что ты знаешь о том, что он на самом деле к тебе чувствует?
— Он любит меня, — я отвернулась и утерла злые слезы.
— Возможно с этого все и начиналось, но с того момента, как он ощутил приток силы, ты перестала быть для него просто любимой.
— А что в этом плохого?
— Халари, птичка моя любимая, — Дайанар все-таки поймал меня. — Плохо то, что будет им теперь двигать. Позволь мне кое-что рассказать тебе о горгульях.
Я попыталась снова вырваться, но он не выпустил, выжидательно наблюдая за мной. И я сдалась, оставив попытки высвободиться.
— Говорите, — хмуро ответила я.
— Пассажирам покинуть палубу! — раздался крик капитана. — Начинается шторм, темному в печень.
— Позже, — сказал наставник и потащил меня прочь с палубы.
" Морской царь" потрепанный, но не сломленный, входил в порт Аргарсии, граничащей с Ранкардой. Шторм стремительно пронесся по морю, неожиданно распавшись. Желтоглазый маг-позер усиленно делал вид, что он не имеет к стихии совершенно никакого отношения, но меня-то он провести не мог, и я продолжала испепелять его взглядом до самого порта. Во-первых, мне было дико страшно от того, как кренилась и болталась на волнах бригантина. А во-вторых, я опять была зеленого цвета и мне было очень и очень плохо. Чем и воспользовался этот извращенец, бегая вокруг меня с ведром, но ни в какую не помогая магически. За переборкой громко стонала Тэрин, явно намекая, что она тоже не против помощи, но осталась без вмешательства мага-мерзавца, как и я.
— Ну, помоги же мне, сволочь желтоглазая! — кричала я на него между спазмами.
— Не могу я, любовь моя, сейчас еще не могу, — оправдывался он. — Может водички хочешь?
— Чтоб ты облез, мерзавец, — страдала я.
— Ну, не хочешь, как хочешь, — пожал он плечами. — Чего ругаться-то?
— Сдохни, Эржен Магридис, и прямо сейчас, чтоб я видела!
— Ну и запросы у тебя, любимая.
— Бе-е… — новый спазм согнул меня над ведром.
— Не согласен. — категорично хмыкнул вредный лорд.
— Бе-е-е… Разведу-у-усь!
— Обойдешься.
— Сволочь!
— Ведьма!
— Ненавижу!
— Люблю больше жизни.
— Бе-е-е…
— А что от тебя еще ожидать?! — патетично воскликнул он, и я запустила в него флаконом с душистой водой.
На берег меня выносили, Тэрин выводили, и пока гад Дайанар завершал свои дела с капитаном, мы с ней поддерживали друг друга. Потом мы с раздражением смотрели на сияющую физиономию нашего "барона", который порхающей походкой легко сбежал по сходням, и Тэрин выдала:
— Я бы его убила.
— Я так давно мечтаю об этом, — ответила я.
Мы посмотрели друг на друга и первый раз тепло улыбнулись. С этого момента лед между мной и Тэрин был сломан. Дальше был экипаж, присланный заботливым "двоюродным кузеном"", который должен был отвезти нас до Ранкарды. Те, чьи имена мы носили, были реальными персонажами, находящимися в родстве с человеком императора, к которому мы направлялись. Настоящих баронов Магридис ненадолго отправили в путешествие, но совсем в другую сторону. Мы и внешностью походили на них, насколько это было возможно, все заботами моего Дани, дайконских тараканов ему в глотку, как любил приговаривать наш капитан. Возобновить прерванный штормом разговор пока не удавалось, а меня распирало от любопытства. Если честно, я не особо верила, что в отношении меня Лин не честен, но что-то меня все же настораживало в нашем общении с нежным ледийцем. Я ведь не могла слова против сказать, пока он был рядом. А это уже напрягает. Но Дайанар все равно неправ, он не смеет руководить мной. Еще и эта дурацкая угроза жениться, когда сойдем на берег… А внутри так сладко что-то ноет при этой мысли, Дэла Гринольвис… Ну хватит уже!!!
