Дельфания взглянула на меня довольно странно, будто я действительно сболтнул какую-то чепуху, и я поспешил отступить:
– Извини, я просто спросил.
– Не извиняйся, Владимир, я знаю, что ты, пока не увидишь своими глазами, не поверишь. Я покажу тебе то, что ты хочешь, но предупреждаю, что для тебя это будет впечатляющим зрелищем.
Я уже понял по решительному голосу Дельфании, что отступать поздно, да к тому же меня охватило сильное любопытство. Она встала и, глядя в сторону моря, распахнула руки. Порыв ветра вдруг налетел с моря и всколыхнул ее волосы. Она прикрыла глаза и сквозь сжатые губы стала напевать какие-то звуки. Потом взмахнула руками, и ужас сковал мое тело – я понял, насколько буквально было предупреждение Дельфании о впечатляющем зрелище: она поднялась в воздух! Сначала на полметра, затем все выше, выше. «О-о-о, Бог мой!» – вырвалось непроизвольно из моей груди, и волосы зашевелились на голове. Потом она полетела, я видел ее светящееся в темноте тело, которое совершало в воздухе, примерно на высоте трехэтажного дома, различные пируэты. Затем она полетела на гору, достигнув вершины за несколько мгновений, остановилась и помахала мне оттуда рукой. Я опустил глаза, потому что меня затошнило и закружилась голова. Я зажмурился и сделал глубокий вдох, чтобы как-то уравновесить внутреннее состояние потрясения, и тут же вздрогнул и чуть не вскрикнул, когда на своей голове почувствовал ее руку.
– Ты испугался?
– Прости, Дельфания, мне нехорошо, – выдавил я, не глядя на нее.
Она гладила меня по волосам.
– Ты меня прости, Вова, я не хотела тебя напугать. Дать тебе воды? – спросила Дельфания и поднесла мне бутылку с водой.
Я сделал несколько глотков, тошнота прошла, и я поднял голову – Дельфания задорно улыбалась!
– Ты еще смеешься! – возмутился я.
– Прости меня, Вова, я пошутила, – проговорила она и рассмеялась. – Девушкам надо прощать!
И мне действительно стало на душе легко, спокойно, потому что я видел, что сейчас передо мной вновь стояла во всей своей обнаженности и простоте девушка, у которой в душе, как она говорила, распускается роза.
– Хочешь, еще что-нибудь тебе покажу? – спросила она, вся светясь каким-то счастьем и радостью. – Будем считать сегодняшний вечер вечером чудес и волшебства. Представь, что ты в цирке, а я – артистка.
– Может быть, не надо, Дельфи? – взмолился я. – Мне на сегодня уже достаточно аттракциона с полетами.
– Никаких полетов! – торжественно заключила она и подняла палец. – Только еще один небольшой фокус.
– Ну, хорошо, – сдался я. – Только маленький и нестрашный.
– Совершенно маленький и нисколько не страшный, – заверила Дельфания и потянула меня за рукав. – Пойдем со мной.
– Хорошо, но только не улетай, – двигаясь за Дельфанией, пробурчал я.
– Видишь вон тот камень? – спросила Дельфания, указывая рукой вперед.
Я всмотрелся туда, куда она показывала, и увидел темный, гладкий камень, лежащий в трех метрах от моря, наполовину врытый в гальку. Дельфания подняла правую руку, распрямила ладонь и направила, как я догадался, невидимый луч тонкой энергии, исходящий из ее ладони, на камень. Я пристально вглядывался в камень и вновь, как и несколько минут назад, когда Дельфания поднялась в воздух, мурашки поползли у меня по спине – камень шевельнулся! Я сделал несколько шагов вперед, как бы до конца не веря в такую возможность и думая, что мне просто показалось, но тут камень оторвался от своего ложа, галька, которая уплотняла его нижнюю часть, ссыпалась в образовавшуюся лунку с характерным шумом. Мой взор прилип к висящему предмету, будто это был не камень, а неопознанный летающий объект. Вот он поднялся еще выше, а потом полетел в сторону моря, пока я не перестал его различать в темноте. Затем раздался всплеск и на воде появилось белое пятно – я догадался, что камень рухнул в воду.
Через полчаса мы были в палатке. Я лежал на спине, закинув руки за голову, с закрытыми глазами. Дельфания сидела рядом и гладила меня твердой, но нежной ладонью по волосам и лбу.
– Дельфи, ты ведьма? – спросил я каким-то не своим, охрипшим голосом.
– Ты меня боишься?
– Нет, но иногда вдруг чувствую, что между нами какая-то бесконечная пропасть. И тогда я понимаю, что мы с тобой люди из разных миров, и мне становится трудно.
– Нет, Вова, мы с тобой из одного мира, просто некоторые вещи для тебя пока непонятны и потому вызывают чувство ужаса. А на самом деле нет ничего сверхъестественного, все дело лишь в уровне познания.
– Хорошо, я согласен, но все-таки объясни, как тяжелые предметы, в том числе и тело, становятся легкими, летающими.
– Тебе, наверное, когда-нибудь снилось, что ты летаешь?
