Я быстро одеваюсь, проверяю наличие пропуска и несусь к Антону за машиной. Спустя пятнадцать минут мы со Злотниковым уже выезжаем из промзоны.
Ехать нам три часа. Дорогу проморозило, это была уже не жидкая грязь, но и не полноценный зимник, поэтому нас мотало из стороны в сторону. Злотников сдержанно и культурно-витиевато ругался сквозь зубы. Я закрыла глаза и…
«Учащенное мочеиспускание».
— Приехали.
Я недоуменно озиралась по сторонам. Я что, и в самом деле умудрилась уснуть в таких условиях? Видимо, сказалась бессонная ночь.
Мы быстро миновали КПП и вкатили на территорию Базы 1.
У бытовки нас уже встречал Руслан — и до самого позднего вечера я утрясала последствия ДТП с участием Романова.
Романов это не фамилия, Романов — это приговор. То его ловят на КПП с перегаром, но он умудряется сбежать и оформить на этот день больничный задним числом; то он опаздывает на час, но списывает все на погодные условия; то он падает с койки общежития и ломает палец; то его ловят за просмотром фильмов на рабочем месте; то он нанесет в бытовку килограмм песка и грязи, но после получения выволочки отправит убираться вместо себя своего более наивного напарника — в общем, числится за ним много нехорошего, но до вчерашнего дня все ему было как с гуся вода. Однако вчера Романов переплюнул сам себя. Он без разрешения взял авто, принадлежащее компании, чтобы…
Съездить в Городок за пивом. Не справился с управлением, врезался в дерево. Не смертельно, отделался парой синяков и царапин. И этому кадру хватило наглости мне похвастаться:
— На скорости сто двадцать. Мог бы и нахрен убиться, но бог бережет, — посмеивается он, закуривая сигарету.
Мы (это я, Романов и Руслан) сидим в вагон-офисе, который нам любезно предоставил один из начальников стройки Ной. Я смотрю на Романова и просто поражаюсь его толстокожести. Честно, сама бы от такой не отказалась.
— Вам повезло, что транспортное средство, на котором вы ехали, было оснащено модулем ЭРА ГЛОНАСС.
— Чем?
— Кнопочкой SOS.
— А, ну да. А то застрял бы я там в снегах, прикиньте, замерз бы насмерть. Вот это удар был бы по репутации компании, да?..
— Сергей Иванович, судя по вашему виду, вы не совсем понимаете последствий этого ДТП.
— А что там понимать? Машина была неисправна, это вам любой скажет, я всю жизнь за баранкой, думаете, уехал бы в ухаб на исправной тачке? А это значит что? А это значит, что немцы налажали с техосмотром. Если б я руль не выровнял тогда, лежать мне бы сейчас в земле. Я с этих немчур теперь все стряхну, что стряхивается.
— Я вас правильно понимаю: вы намерены подать в суд на вашего работодателя с требованием компенсации?
— Зачем же в суд? — Романов понижает голос. — Можно и так договориться.
Даже не знаю, чего во мне сейчас больше: изумления или возмущения. В любом случае, я не позволяю ни тому, ни другому отразиться на моем лице. Я профессионал. Мне платят деньги за то, чтобы я, в частности, разруливала и такие ситуации.
— А вот компания совершенно точно намерена подать на вас в суд, и уверяю вас, у них для этого есть все основания, — ледяным голосом довожу до его сведения. — Если не вдаваться в юридические тонкости, вас ждут неприятности за угон и порчу транспортного средства, принадлежащего предприятию, на которое вы работаете.
— В смысле угон? — вытаращил глаза Романов. — Да я сто раз на этой Тойоте катался уже.
— С разрешения транспортного отдела и под подпись в журнале. Однако, — я достаю журнал и демонстративно пролистываю до самой последней страницы, — вашей подписи здесь нет, и транспортный отдел был не в курсе, что одного транспортного средства недостает не месте. Ваши соседи по вагончику уже подтвердили официально, что вы изъявили желание отлучиться в город за алкогольной продукцией, несмотря на то, что это нарушение всех возможных правил. А если я или присутствующий здесь Руслан Маратович сообщат о вашей попытке шантажа представителей компании с целью незаконного обогащения, это изрядно добавит вам срок.
— Какой срок? Какое обогащ… Да вы чего?
— Как полномочный представитель предприятия сообщаю вам следующее: от работы вы отстранены до получения дальнейших указаний. Пока компания не решит, какие шаги предпринять на ваш счет, настоятельно советую не покидать пределы Базы 1. В противном случае это может быть расценено как признание своей вины и повлечет за собой куда более серьезное наказание. На этом все.
Романов нервно облизывает губы и не сводит с нас непонимающих глаз. Кажется, в его голове не укладывается, что в этот раз его изворотливость ему не помогла. Он молча нас покидает, но напоследок окидывает таким взглядом, что я невольно вздрагиваю. Что-то мне подсказывает, что на этом моя история с ним не заканчивается.
— Бывают же кадры, — качает головой Руслан и откидывается на спинку стула.
— Это точно, — я набираю по телефону Злотникова.
— Уже обратно? Может, хоть поужинаешь?
Я невольно морщусь: сюда доставляют еду из нашей же столовой, так что спасибо, но нет.
