— Вряд ли ошибка, — скептически заметила Валентина Петровна. — Я так подумала, что это аббревиатура. Сейчас это модно… Может, первые буквы имён пайщиков: Сергей, Олег, Леонид, Ольга и Никодим какой-нибудь, — она рассмеялась, довольная собственной шутке.
— Правда, — согласилась Зиночка. — А я даже и не подумала…
— Ладно, чёрт бы с ними. Про Егора Храпунова, значит, интересуешься… Чай-то наливай, не стесняйся. Чуешь, чабрецом пахнет?
Зиночка с удовольствием отпила ароматный напиток и показала Валентине Петровне большой палец.
— Пей… — старушка сняла очки и стала вертеть их в руках. — Егор, Егор… Хороший простой мужик, родителей его знаю: честные, работящие — царствие им небесное — были. Ты Храпунова сама-то видела?
Зина отрицательно помотала головой.
— Понятно. Если не видела, то скажу: он смолоду застенчивым рос, да и на язык не особо разговорчив. А когда его хулиганы избили — вообще в себе замкнулся.
— Избили? — произнесла Зина.
— Да. Но это ещё в конце восьмидесятых. Тогда везде одни бандиты да разбойники буянили… Он тогда ещё стажировку в охотхозяйстве проходил, вот на свою беду и решил браконьеров задержать. Те мало того, что его до полусмерти отделали, так и глаз повредили. У него теперь бельмо страшное навсегда осталось. После того случая он решил, что суждено ему одному век куковать, жил, значит, бобылём… Мы, честно сказать, и не надеялись, что придётся у него на свадьбе погулять. А тут на тебе: десять лет назад приезжает как-то за зарплатой и говорит: «Я, Петровна, женюсь…» На телефоне фотокарточку невесты показывает. Смотрю — молодая женщина, миловидная такая. Любой зовут. Стали мы с Егором чай пить. Он и рассказывает, что, мол, в поезде познакомился, когда к племяннику в отпуск ездил. Невеста оказалась из соседней области, ближе к Загорску. Сирота, по образованию медсестра. Егору тогда сорок два стукнуло, а ей и тридцати не было. Свадьбу скромную сыграли, и стала она с ним в лесу жить. Жили всегда дружно. Мы летом с семьёй у них гостили, ничего не скажу — хозяйка Люба справная. Только вот детишек они так и не нажили… Не знаю, что тому причиной, не лезла и не расспрашивала. Да и не тяготило их это… Дело в том, что после свадьбы выяснилось: у неё есть братик лет на двенадцать или поболе младше Любы. Трудный мальчик. С ними жить не хотел, работать не хотел, всё о лёгких деньгах мечтал, да в телевизор попасть… Очень уж прославиться мечтал. Я его видела однажды… Правда — смазливый парнишка, ничего не скажешь.
— А как его звали? — заинтересованно спросила Зина.
— Как звали? Как-то смешно его звали… Дай бог памяти… — старушка подняла кверху глаза. — Гоша… Гога… Нет! Горя! Они звали его Горя! Что за имя такое? Не знаю…
— А вы случайно не знаете, какая у Любы была девичья фамилия? — затаив дыхание, проговорила Князева.
— Знаю. Такую фамилию разве забудешь? Гнойникова.
— Гнойникова?.. — разочаровано протянула Зиночка.
— Правда, ужасная? Я бы с такой жить не хотела. То ли дело у меня — Лисица!
Зина натянуто улыбнулась.
— Так вот, этот их Горя даже в артисты поступать пытался. Только у него с голосом проблемы, и на сцену пути ему заказаны. Егор говорил, что дисфония какая-то, кажется, так болезнь называется. То хрипит, то сипит, а разволнуется — голос вообще пропадает. Храпунов с женой его где только ни лечили — бесполезно. Но лет пять назад Егор вроде хвастался, что удалось парню в какую-то молодёжную телепрограмму устроиться. Но я в этом не разбираюсь. Потом вроде слышала, что он женился, потом — вроде развёлся…
Но Зиночка уже слушала вполуха. Даже если учесть, что Горя и Гарик — это производные от имени Игорь, то всяко Лейкин — это совсем не Гнойников…
Прощаясь, Вадим Борисович снабдил гостей сумками со свежей лосятиной.
— Это вам и подполковнику Молину. Как на охоту соберётесь — звоните, не стесняйтесь.
— Вот видишь, и мясом разжились, — хмыкнул Кольцов, загружая в багажник тяжеленный пакет. — Ты мясо лося готовить умеешь?
— Нет, — призналась Зинуля.
— Ладно, нашу долю пока заложу в морозилку, а после преподам тебе мастер- класс. А ещё лучше — попрошу об этом Маргариту Гавриловну.
— Маму Нила, — заулыбалась Зиночка.
— Точно, мама нашего Нила такие котлеты из лосятины с манной кашей готовит. Пальчики оближешь! Теперь куда поползём?
— Теперь — к Эмме. Лесная 3.
Маленький белый домик в конце улицы снаружи выглядел очень привлекательно. Через выкрашенную в зелёный цвет сетку-рабицу был виден небольшой двор с плодовыми занесёнными снегом деревьями и дорожками, которые трудолюбивые хозяева уже успели очистить от наносов снега.
Кольцов остался сидеть в машине, и Зиночка стояла у ворот в одиночестве, нажимая на кнопку звонка. Прошло несколько минут, прежде чем тишину нарушил лающий мужской кашель.
— Иду, иду!
Даже издалека Князева услышала, как тяжело и прерывисто дышит говорящий. Прошло ещё несколько минут, когда хруст шагов возвестил о приближении хозяина. Наконец из-за раскидистой яблони показался человек…
— О боже! — в страхе прошептала Зина.
