— Вы можете их теперь снять, — заметил адвокат.
— Я ношу их уже четырнадцать лет, — возразил Винлок. — Теперь они мне на самом деле нужны.
— Что у вас на уме?
— Меня волнует одна проблема.
— Какая?
— Дайанн.
— И что с Дайанн?
— Я вел себя по-свински в отношении нее.
— Вы думаете, что я стану с вами спорить?
— Если честно — то нет. Однако, мне хотелось бы как-то урегулировать вопрос, предоставив ей кое-какую компенсацию.
— Как например?
— Выделить ей собственность.
— Девочка, привязанная к отцу, а затем считавшая, что он мертв, но в дальнейшем внезапно обнаружившая, что он все это время оставался жив и палец о палец не ударил, чтобы хоть как-то ей помочь, наверняка, не склонна проявлять дочернюю любовь.
— Я понимаю. Однако, если вы и я обсудим денежную сторону вопроса, то, не исключено, что в дальнейшем Дайанн сможет понять и мою точку зрения и то, что при сложившихся обстоятельствах у меня не оставалось выбора.
— Боюсь, что ваша точка зрения окажется ей не по душе.
— Однако, я не вижу необходимости освещать все эти вопросы в прессе.
— Но что-то все равно всплывет, — заметил Мейсон.
— Не думаю.
— Я с вами не согласен. Монтроз Фостер, президент компании «Пропавшие наследники и невостребованная собственность», вышел на ваш след.
— Я в курсе, — подтвердил Винлок.
— Вы в курсе? — переспросил Мейсон.
— Да, теперь.
— Если Фостер занялся вашим прошлым, то скрыть вам ничего не удастся.
— Вы не правы, мистер Мейсон. Фостер основывается на предположении, что у Дайанн умер дальний родственник и оставил какую-то собственность, на которую может претендовать Дайанн. Такой родственник имеется на самом деле — с моей стороны. Правда, наследство совсем невелико. Фостера можно направить по ложному следу.
— Понятно.
— Остаетесь вы.
— И Дайанн, — добавил Мейсон.
— Дайанн — очень внимательная и тактичная девушка. Она не сделает ничего, что разрушит жизнь других людей.
— Вы имеете в виду женщину, считающуюся вашей женой?
— Да. Я повторяю, мистер Мейсон, что остаетесь вы.
— И что вы предлагаете?
— Вы получите очень крупный гонорар за то, что представляли интересы Дайанн, например, сто тысяч долларов.
— Вы правы, я представляю Дайанн и сделаю то, что считаю лучшим в ее интересах.
— Для нее не будет лучшим раскрытие моего прошлого и ее родственных связей со мной.
— Почему вы так думаете?
— Это просто усложнит ситуацию.
— Вы обладаете здесь большим влиянием, мистер Винлок. В полицию поступил анонимный звонок о том, что им следует допросить Дайанн. У вас должно быть достаточно власти, чтобы организовать все таким образом, что полиция не примет этот звонок во внимание. Вам не нужно, чтобы ее допрашивали.
Винлок думал пару минут, а потом заявил:
— Увозите ее из города.
— А затем?
— Этого достаточно.
— Вы в состоянии контролировать действия полицейского Управления?
— В разумных пределах и не напрямую.
— Остается вопрос имущественных прав Дайанн, — продолжал Мейсон.
— Ее законные права на какую-либо собственность очень туманны, — заметил Винлок.
— Я с вами не согласен. В штате Калифорния собственность, приобретенная после вступления в брак, считается общей собственностью супругов.
— Но я не жил со своей первой женой более четырнадцати лет! — воскликнул Винлок.
— Забудьте выражение «первая жена». У вас была только одна жена.
— Какой отношение это имеет к обсуждаемому вопросу?
— Большое.
— Боюсь, что не понимаю вас, мистер Мейсон. Юнис Алдер умерла. Собственность, приобретенная после вступления в брак, считается общей собственностью супругов, однако, после смерти жены она автоматически переходит к мужу, при условии соблюдения определенных формальностей, конечно. Если бы вы обратились ко мне до смерти Юнис, то могла бы сложиться совсем другая ситуация. Теперь же я нахожусь в седле.
— Это вы так думаете, — возразил Мейсон. — Однако, вы едете на взбрыкивающемся мустанге и в любой момент можете оказаться на земле. По закону, доля жены в общей собственности супругов автоматически переходит к мужу, если она не оставила завещание, в котором распорядилась ею каким-то иным образом. Ваша жена оставила подобное завещание. Бенефициаром по нему является Дайанн.
Винлок нахмурился в задумчивости.
— Сколько вы хотите для Дайанн? — наконец, спросил он.
— На сколько оценивается ваше имущество?
— Все зависит от того, как его оценивать.
— Как вы его оцениваете?
— Миллиона три, если брать все вместе.
— Хорошо, что вы предлагаете?
— Я продам достаточное количество акций, чтобы дать Дайанн пятьсот тысяч долларов. Пятьдесят тысяч она получит наличными и сразу же. Через девяносто дней — еще сто тысяч. Остальное — в течение года.
— Что вы хотите взамен?
— Полное молчание о наших родственных связях и моем прошлом.
