Не прошло и трех минут после ухода Джорджа Винлока, как в дверь номера Мейсон снова постучали. Адвокат распахнул ее. На пороге стояла удивительно красивая женщина и лучезарно улыбалась.
— Мне можно зайти, мистер Мейсон? — спросила она. — Меня зовут миссис Винлок. Я знаю, что мой муж только что был у вас. Я ждала в холле, спрятавшись за пальмы, пока он не ушел. Я хочу с вами кое-что обсудить.
— Проходите и садитесь, — пригласил Мейсон.
— Спасибо. Я пройду, но садиться не стану. Я в нескольких словах объясню вам, что мне требуется и что я готова предложить взамен.
— Что вы готовы предложить? — решил выяснить Мейсон.
— Свободу Дайанн Алдер.
— А что хотите?
— Чтобы мое положение в обществе, респектабельность и имущественные интересы остались нетронутыми. Вам это ясно?
— Ясно. А теперь объясните, пожалуйста, все поподробнее. Почему вы решили, что свобода Дайанн Алдер поставлена на кон?
— Не притворяйтесь наивным, мистер Мейсон. Дайанн приехала в Риверсайд, чтобы встретиться с Борингом, и она с ним встретилась. Скорее всего, она — последняя, кто видел его живым.
— Откуда вы знаете?
— В полицию поступил анонимный звонок, в котором сообщалось именно это.
— Откуда вы знаете? — опять спросил Мейсон.
— От друга, имеющего определенные связи.
— Похоже, что вы владеете массой информации, — заметил Мейсон.
— Кто обладает знаниями, тот обладает властью.
— А вы хотите власти?
— Власти и еще власти. Не буду даже стараться обмануть вас, мистер Мейсон. В нашей гостиной есть скрытый микрофон. Мой сын находится сейчас в романтическом возрасте. Уже имели место случаи, когда девушки пытались его шантажировать. Я посчитала необходимым установить в доме «жучки» чтобы записывать разговоры.
— И вы сегодня вечером слышали весь мой разговор с вашим мужем.
— Каждое слово.
— Итак, что вы предлагаете?
— Если вы сможете доказать, чтоб Харрисона Боринга смертельно ранили до того, как у него в домике появилась Дайанн, то вы полностью оправдаете свою клиентку, не так ли?
— Предположительно, да.
— Я в состоянии предоставить вам эти доказательства.
— Наверное, вам лучше сесть, миссис Винлок, — сказал Мейсон.
— Хорошо, — согласилась она.
Женщина опустилась на стул, положила ногу на ногу и поправила юбку таким образом, что она легла, соблазнительно показывая пару стройных ног, обтянутых в нейлоновые чулки. Миссис Винлок откинулась назад и уверенно посмотрела на Мейсона. Она улыбалась.
— И как вы намерены это доказывать? — поинтересовался адвокат.
— Это детали, которые мы обсудим позднее. Сейчас нам следует выяснить, согласны ли вы со мной в принципе. Я надеюсь, что вы четко уяснили мое предложение: вы получаете доказательства, а в замен мое положение в обществе, респектабельность и имущественные интересы остаются нетронутыми.
— Что еще вы готовы предложить взамен, миссис Винлок?
— Что вы имеете в виду под словом «еще»?
— Например, имущественные права Дайанн.
— А разве они у нее есть?
— Да.
— Что хотел мой муж?
— Я считаю, что этот вопрос вам лучше обсудить лично с ним.
— В таком случае то предложение, которое сделал мой муж относительно раздела имущества, приемлемо для меня.
— Мне требуется получить более подробную информацию о том, как вы намерены представлять доказательства, о которых упоминали, а потом обсудить ваше предложение с моей клиенткой.
— Хорошо. Харрисон Т. Боринг был шантажистом, мошенником и авантюристом. Интересы оказались переплетены чрезвычайно сложным образом. Сегодня вечером он вступил в стычку с человеком, который тоже хотел урвать для себя лакомый кусочек, в результате чего Боринг получил смертельное ранение. Предположим, что мой сын приехал на встречу с Борингом и увидел, что тот лежит на полу. Он не стал осматривать тело, решив, что Боринг в стельку пьян, и просто уехал. Далее предположим, что я приехала к Борингу вслед за своим сыном и увидела, что Боринг серьезно ранен. Я пришла к выводу, что они из-за чего-то подрались. Я покинула территорию мотеля, а через какое-то время позвонила администрации и посоветовала заглянуть к постояльцу, занимающему десятый домик. После меня к Борингу приехал мой муж, увидел, что Боринг лежит на полу с серьезными ранениями и решил, что я их нанесла. Он тоже уехал.
— В таком случае потребуются показания вашего мужа, сына и ваши собственные, а вам также может быть вынесен обвинительный приговор, потому что вы не вызвали помощь к раненому, — заметил Мейсон.
— Дачу показаний можно устроить. Скажите мне только, каков, в самом худшем случае, будет приговор?
— Если ваш сын думал, что Боринг пьян и у него имелись на это основания, то в данном случае никакого нарушения закона нет. Если вы знали, что совершено преступление и не сообщили об этом, ситуация значительно осложняется.
— Предположим, я тоже думала, что он пьян?
— В таком случае пострадает правдоподобность представляемой вами версии. Два подобных совпадения — это уже чересчур.
