Дело было в Педженте полностью

В конце ХХ века подлинные цели марксизма, как модификации библейской концепции, перестали в России быть тайной. “Открыть же своё личико” марксизму еврейство было не в состоянии не потому, что не желало; это было в принципе невозможно, поскольку на уровне подсознания у каждого еврея на освоение информации подобного рода были наложены внутренние запреты через Талмуд и Тору.

Что касается российского «жречества», выродившегося в знахарство, занятое деревенским целительством и костоправством, то ничего кроме жидовосхищения народам России оно предложить не могло. Выражалось же это жидовосхищение в одном: пусть всё будет по-прежнему, только место жидов должны занять мы. Поэтому российское знахарство (в фильме представлено в образе хранителя древностей — Лебедева), апеллируя к толпе и разжигая примитивный бытовой антисемитизм, в качестве альтернативы интернациональному толпо-“элитаризму” предлагало обществу национальный толпо-“элитаризм”, внешне привлекательный, но по существу не меняющий содержательной стороны библейской концепции управления.

Дело в том, что с 988 г. (года крещения Руси) по настоящее время международные клановые системы посвящения (именуемые ныне в патриотических кругах жидомасонством) никогда не обретали в России устойчивого полновластия, а делили власть в русской региональной цивилизации с местными национальными знахарскими кланами, которые хотя и не встревали в делание глобальной политики (до времени…), но занимали прочное положение в организации жизни местного общества. То, что ранее называли русским масонством, фактически было периферией, вобравшей в себя возгордившихся представителей местной “элиты”. Национальные знахарские кланы кроме того, что имели свою работающую периферию [97], проникали и в русское масонство и достаточно эффективно контролировали этих возомнивших о себе простофиль, взявших на себя роль полицаев-коллабора-сионистов, если проводить параллели с периодом гитлеровской оккупации. Именно в этом контексте следует рассматривать заявление, сделанное в “АиФ” № 38, сентябрь 1998 г. почти ровно через 1000 лет после крещения Руси, устами еврея Э.Тополя: “Мы впервые за 1000 лет взяли реальную власть в этой стране”. К нему следовало отнестись куда серьёзнее, чем это сделала вся “патриотическая общественность”, выплеснувшая в связи с этим заявлением очередную порцию бессмысленных эмоций в адрес сионистского интернацизма, ибо вопрос следует ставить не о том, кто поименно эти “мы”, сколько о том, какую глобальную стратегию на данном этапе исторического развития эти “мы” проводят по отношению к человечеству в целом и по отношению к России, в частности.

Заявление, сделанное через Э.Тополя авторами этой глобальной стратегии, имеет и другую важную сторону, на которую никто не обратил внимания, но которая в образной форме содержательно раскрыта в фильме сценой убийства Лебедева Черным Абдуллой. Если язык образов этой сцены перевести в лексические формы, то это будет равносильны заявлению жидомасонов представителям местного знахарства: “Мы в ваших услугах больше не нуждаемся”.

Особая миссия «Таможни» в попытках легитимизации библейской концепции в соответствии с меняющимися историческими условиями состояла в том, что она должна была “правильно” дозировать и “адекватно” перераспределять по социальным слоям нарастающий интерес к истории в российском обществе. И можно сказать, что в какой-то мере до поры до времени это ей удавалось. Так для удовлетворения исторического интереса массового сознания еще до перестройки появились наскоро сшитые и завлекательно скроенные романы В.С.Пикуля; для публики, требующей более глубоких знаний по историческим вопросам, появилась “Память” В. Чивилихина; кто же хотел докопаться до роли еврейства в истории, тому была доступна монография “О классовой сущности сионизма” А.З. Романенко.