Короче говоря материал обещал быть сенсационным. Поездка на метро туда – сюда, и смысл в продаже марок полностью теряется. Это очень не простой бизнес. Я бы сказал очень рисованный. Рентабельность почти нулевая. Это и есть почерк мафии, когда с первого взгляда нельзя понять идею. А я думаю, что все просто. Гигантские обороты это раз и второе, это навязывание чуждой нам западной идеологии, когда российские марки ни кто не покупает.
С этой здравой мыслью, я выключил ноутбук и лег спать. Сон пришел почти в тот самый момент, когда моя голова коснулась подушки и я прикрыл глаза. Естественно мне приснился Энди Гутов. С альбомом марок, он сидел за столом и что то мне настоятельно говорил. При этом я совсем не слышал ни слова, но зато разглядел гнилые пеньки зубов Энди. Очнувшись в поту я открыл глаза и уставился в натяжной потолок. Рядом с домом ездили машины и отблески фар, в виде белых полосок перемещались по нему. Жена спала сном ребенка, изредка посапывая и постанывая.
Почему мне приснился Энди с гнилыми зубами я не понимал. Может быть это намек, на то, что он за свою короткую жизнь столько натерпелся, что стесал зубы до корней. Может быть. Я не верил в вещие сны, и ни когда не искал смысла в снах, а то, что мне приснился Энди, именно в сегодня, для меня было понятно. Таким образом мой мозг отреагировал на встречу с покойником.
– Чего не спишь? – вдруг спросила жена.
– Сон страшный приснился, – признался я.
– Перекрестись и снова закрой глаза, пусть тебе приснятся помидоры…
– Зачем мне помидоры?– удивился я.
– Гемоглобин поднять, – усмехнулась жена.
– Ты на что намекаешь? – окончательно проснулся я.
– Ни на что…
– А я намек понял и мне уже…хорошо, – полушутливо произнес я, беря руку жены и просовывая себе между ногами.
– В меня не кончать, – попросила Ева, снимая трусики.
– Хорошо, – как всегда пообещал я.
Через несколько минут, когда все закончилась, мы оба пошли мыться. Ева, потому, что я не смог сдержать слова, ну а я за компанию, чисто пополоскаться. После душа, пришлось зайти на кухню и загрузиться рулькой. Когда я вернулся к кровати, Ева уже спала.
– Спокойной ночи, любимая, – прошептал я, целуя жену в плечо.
– Спи, – буркнула она в ответ.
Стресс прошел и больше сны меня не мучили. Очень хорошо, что в городе нет петухов, которые будят людей с первыми лучами солнца. Поэтому я проснулся сам, полностью отдохнувший и довольный, в половине десятого. Потрогал рукой рядом – ни кого. Поднял голову – тоже ни кого. Положив руки под затылок, я стал обдумывать сегодняшний день. Через час у меня встреча с фальшивым филателистом. Потом я буду свободен и мы с женой обязательно куда ни будь сходим. Я мечтал съездить на Воробьевы горы, посмотреть МГУ им. Ломоносова.
– Эй! – крикнул я.
– Эй, ты дома? – через пару секунд крикнул я еще раз.
Спрыгнув с кровати я босыми ногами пошлепал в кухню. Жена сидела в ночнушке и читала книгу. В одной руке было розовое новозеландское яблоко, книга лежала на столе, а в свободной руке незажженная сигарета. Мы оба год назад бросили курить и лишь иногда нюхали табак.
– Привет! – сказал я, обнимая Еву за плечи.
– Привет ослик!
– Почему ослик? – не понял я.
– А мне нравится, – пояснила Ева, используя непревзойденную женскую логику.
– Ну ладно…я сейчас по делу метнусь, – сказал я, – потом в МГУ поедем.
– Хорошо.
– Я хочу есть!
– В день по яблоку – все болезни по боку, – ответила жена, протягивая мне полусъеденое яблоко.
– Спасибо…
Выпив чай с бутербродом и яблоком, я быстро оделся и вышел на улицу. Сперва конечно я ехал семь этажей вниз на лифте, потом нажал на кнопку электронного замка и только после всего этого оказался на улице. Москва гудела как пчелиный рой. Жужжали машины, трещали мотоциклы, громыхали отбойные молотки. Обыкновенная московская жизнь. За пол часа я добрался до станции метро «Проспект мира». Выйдя на поверхность я остановился сбоку от дверей. Через секунду кое что вспомнив, я вытащил из кармана брюк расческу. Посмотрел на часы. В запасе было две минуты.
– Привет, – раздалось возле левого уха.
Резко обернувшись я увидел филателиста. Руки в наколках, вставные зубы желтого цвета. В руке черная папка.
– Альберт? – спросил он.
– Иннокентий? – спросил я.
– Будем знакомы, – товарищ протянул мне руку.
– Отойдем? – предложил я, пожимая протянутую ладонь.
– Марки смотреть будешь?
– Буду…
– Держи…
Я взял протянутый конвертик из пергамента, внутри были цветные марки. Я их высыпал в ладонь и стал рассматривать. Яркие, новенькие. Я даже понюхал их.
– Не жалко? – спросил я.
– А чего жалеть…
– Они как новые…
– Правильно хранились…
– А где вы их берете?
– Секрет фирмы…
– А достать можете любые? – протягивая сторублевку спросил я.
– Любые, – передавая мне рубль ответил он.
– А Венгрия есть?
– Конечно…
– А…, – задумался я, – а если я экспертизу сделаю?
– Чего? – не понял собеседник.
– А вдруг это марки фальшивые, – пряча марки в карман улыбнулся я.
– Марки настоящие…
– А чего так дешево?
– Можешь заплатить больше…не возражаю.
– Без микрофона правду скажешь? – профессионально спросил я.
