– Да пошел ты…придурок, – мой собеседник покрутил пальцем у виска, развернулся и быстро пошел по улице.
– Испугался, – понял я, улыбаясь.
– Знаешь сколько будет 98765432 разделить на 8?! – обернувшись крикнул филателист.
– Чего? – не понял я.
– 12345679! – сказал он и развернувшись, растворился в людском потоке.
Странный. Решив немного пройтись по проспекту, я пошел в противоположную сторону. Купив три банана у уличного торговца, я остановился в тени крупного дерева и медленно очищая кожуру, стал подбирать слова для будущего материала. Бросив банановые останки в урну в виде футбольного мяча, я вытер руки о брюки и снова стал смотреть марки. Марки как марки. Но больше всего меня насторожила печать. Такое чувство, что печать не настоящая, а скопированная вместе с изображением. Для убедительности я потер ее пальцем. Нет, печать не оттиралась. Явная подделка. Но какая красивая!
Вздохнув полной грудью, горячий московский воздух я пошел обратно в метро. Пристально вглядываясь в проезжающий мимо народ, я искал Энди. Скорее всего, я теперь каждый раз будучи в метро, буду искать Энди Гутова.
Дорога домой от станции заняла пятнадцать минут. У подруги жены было очень удобное расположение квартиры. Открыв домофон своим ключом, я вошел внутрь подъезда. Вызвал лифт. То, что произошло дальше, я помню не очень отчетливо. Сперва потух свет, я оглянулся и увидел занесенную над своей головой чью то руку. Мгновение и сознание покинуло меня.
Какая назойливая муха. Она ползала по моему лицу и ни как не хотела улетать. Ее тоненькие лапки щекотали нос, щеки и даже веки. Странное дело, но рука не слушалась. Я попытался пошевелить ею, а она только согнулась в пальцах. Я открыл глаза и тут же закрыл их. Прямо передо мной находилось чудовище. Огромные глаза, огромные зубы. Я лишь приоткрыл веки, пряча зрачки за ресницами и стал медленно смотреть на находящего рядом демона.
– Он пришел в себя! – услышал я и от громкого звука захлопнул веки, – вот чего можно добиться с помощью обыкновенного лебединого перышка.
– Когда с ним можно будет поговорить? – спросил второй голос.
– Не знаю…может быть через минуту, а может быть через день…все зависит от его состояния!
– Какого еще состояния?! – не понял я, – в чем собственно дело! Кто вы и где я!
– Больной нас слышит…видите участился пульс?!
– Вижу….
– Я больной?! – дошло до меня, – интересное дело…что у меня болит?! Может быть рак?! Рак мозга и поэтому я ничего не помню!
Я в панике открыл глаза. На меня смотрели огромные улыбчивые глаза, сквозь толстые линзы.
– А вот и мы…мы пришли в чувство! – улыбнулся человек в белом халате, – сейчас с вами немножечко поговорит милиционер!
– Полицейский, – прошептал голос откуда то сбоку.
– Да какая разница! Милицейский, полицейский…суть одна…
После этих слов лицо над головой Альберта сменилось на круглую физиономию с короткой прической.
– Здравствуйте, – человек развернул удостоверения и поднес к моим глазам.
Я на зрение не жаловался, но не в этот раз. Буквы слились в одно пятно, фотография помутнела.
– Вы меня слышите?
– Слышу, – пошевелил я губами, но ничего не расслышал себя.
– Дак, слышите? – переспросил следователь.
– Слышит он слышит, видите же губами шевелит…, – пояснил врач.
– Да…но я то его не слышу!
– А вы пододвиньте ухо к его рту и все прекрасно услышите!
Через секунду я уже смотрел на макушку сыщика.
– Слышу, – уже громче постарался сказать я.
– Вот теперь слышу! – словно повторил мои слова полицейский.
– Ну и отлично! – почему то обрадовался доктор, – можете говорить.
Такого разговора я не вел ни разу в жизни. Полицейский практически лежал на мне, как любимая женщина и задавал свои вопросы.
– Помните как вас зовут? – спросил он.
– Помню…
– Как?
– Альберт…
– А фамилия и отчество?!
– Альберт Сергеевич …Шишкин.
– Отлично…Альберт Сергеевич, что вы помните?
– Я помню как меня зовут, – повторил я.
– А не помните ли вы обстоятельства вашего попадания в больницу? Не помните, кто вам нанес удар по голове в лифте?
И тут я действительно вспомнил. Погасший свет, удар чем-то тяжелым по голове и все. Какой то мутный лик в капюшоне. Вот значит, почему я оказался здесь. На меня было совершено покушение! Слава богу, что не рак мозга!
– Я его не разглядел, – прошептал я окрылено.
– А враги у вас есть?
– Не знаю, – немного подумав ответил я, – как у всех.
– Ваша жена сказала, что вы журналист?!
– Да… я сейчас как раз разрабатываю филателистическую мафию!
– А чего…есть и такая?
– Есть! Это они меня хотят убрать…, – догадался я.
– Отлично! – подбодрил меня сыщик, – а кто такой Энди?
Мне показалось, что я ослышался. Поэтому решил переспросить.
– Кто?
– Энди…Энди Гутов! Вы на днях написали заявление в полицию, что встретили своего умершего приятеля, будучи живым, в метро!
– Откуда вы знаете? – удивился я.
– Работа такая…все знать.
Я от усталости закрыл глаза.
– Для первого раза хватит, – донесся до меня голос доктора, – больному нужен покой. Сотрясение мозга, знаете ли не шишка на заду.
– Хорошо, – полицейский покинул мое тело, – для начала достаточно.
