– Просто бедно! А еще Костя сказал, что, уезжая к брату, мать продала их квартиру. Ту квартиру, в которой они жили. Понимаешь? Она не сдала ее кому-нибудь, не закрыла, она ее продала! То есть назад Елена Николаевна ни при каких условиях возвращаться не собирается.
– А зачем продала-то? – недоумевала Леся. – Можно было сдать.
– Не знаю. Костя такой дундук, кто его станет посвящать в финансовые вопросы.
– Но если брат и сестра не общались, откуда сестрица узнала, что брат болеет и практически находится при смерти? – продолжала удивляться Леся.
– Не знаю, – раздраженно отозвалась Кира. – Это еще одна загадка, ответа на которую Костя мне пока что не дал. И самое неприятное, я совсем не уверена, что он вообще знает эти ответы.
– И что же? Мне завтра не уезжать? Остаться тут в доме, попытаться подсмотреть или подслушать что-то непосредственно у кого-то из Чижиковых?
– Еще не известно, сдержит ли Миша свое слово. Поживем, увидим.
Леся согласилась, и подруги начали молча готовиться ко сну. Но хотя Леся и не стала спорить с Кирой, но в душе она считала, что ее присутствие в доме господина Терентьева не так уж и нужно. Куда лучше внедриться в лагерь врагов семьи Чижиковых. Тогда подруги будут иметь полную информацию об участниках дела о наследстве. И ясней смогут представлять, кто же все-таки сделал заказ на убийство Виолетты и кто покушался на жизнь Витальки.
И еще Леся думала, что находиться в обществе Изольды целый долгий день, на протяжении многих часов, задача куда более сложная, чем все, что девушке приходилось делать раньше. Хорошо Кире, ее наставница не торчит постоянно рядом с девушкой. Валерия давала Кире задание, а вернувшись, критиковала ее. Но все же некоторое время Кира была предоставлена самой себе и могла наслаждаться жизнью.
Кухарка же доводила Лесю, не делая передышек. Рот у Изольды буквально не закрывался. Она критиковала все, начиная от манеры Леси держать в руках нож и заканчивая тем, как девушка драит кастрюли. Дошло до того, что у Леси из рук все стало валиться, что вызвало новый шквал упреков от злобной торжествующей поварихи.
И про себя Леся решила, если ей представится хоть малейшая возможность, она сбежит от этого ада куда подальше. И Киру тут тоже никто не держит. Если ей Костя и завтра ничего путного про своих родителей и их планы не расскажет, то нечего Кире тут делать. Валерии хоть и далеко по колкости языка до Изольды, но она тоже дама не из приятных.
И словно в подтверждение этого, дверь без всякого стука бесцеремонно распахнулась и на пороге появилась та самая Валерия, о которой только что думала девушка. Без всякого предисловия она сунула Кире в руки лист бумаги:
– Список твоих дел на завтра!
И ничего не добавив, не пожелав спокойной ночи, не простившись, вышла вон. Лесе удалось остановить строптивую бабу уже на пороге:
– Валерия, вы зря на нас с Кирой сердитесь. Поверьте, мы не претендуем на ваше место.
– Как же! Так я вам и поверила!
– Мы мечтаем, чтобы все было справедливо. И чтобы вы и Изольда, и Андрей получили свои деньги, которые вам полагались по завещанию.
Услышав это, Валерия слегка притормозила. Ей явно понравились слова Леси. И хотя особого значения они для нее не имели, но Валерия все же решила выслушать девушку.
– Уж я-то имею на эти деньги побольше прав, нежели другие! – воинственно расправив плечи, заявила она.
– Вы имеете в виду Чижиковых?
– Приблуды хреновы! – выругалась служанка. – Прибыли на все готовенькое. Ухаживать они за Владимиром Николаевичем собирались. Да весь уход все время, что они тут провели, на мне одной лежал! Ну, и еще Изольда с Андреем мне помогали. Перевернуть лежачего больного, обмыть, посадить, покормить. Хлопот больше, чем с грудным ребенком. Владимир Николаевич даром что худой был, а кость все равно тяжелая. Его ворочать было, что мешок с камнями поднимать. Я спину себе надорвала, с тех пор поясница ноет, не перестает. А иной раз так прихватит, хоть караул кричи! И что? Разве я не заслужила те деньги, что хозяин мне по завещанию положил?
– Заслужили, разумеется.
– Подняла его на ноги, думала, хорошо теперь будет. А вон что получилось! Ни завещания, ни денег, одни проблемы!
– Вы должны получить свои деньги!
– И не такая уж большая сумма, если разобраться, – продолжала рассуждать Валерия. – Сестрицу свою Владимир Николаевич за всю жизнь может пару раз всего и видел, когда она к нему в гости приезжала. Да все одна старалась выбраться, понимала, что ее муженек и сынок драгоценный вряд ли брата порадуют. Один хам, второй дурак. Муж еще может себя вести прилично, если захочет. А вот сынка вовсе людям стыдно показать. Как поговаривала моя матушка, дурак дураком и нос башмаком! Владимир Николаевич сам умел крепкое словцо сказать, но всегда к месту. А не как Чижиков этот…
И Валерия выразительно надула щеки, копируя Чижикова. Это получилось у нее очень забавно, девушки не сдержались и прыснули.
– Да если разобраться, только мы трое в завещании и достойны быть упомянуты, – совсем разошлась Валерия. – Я, Изольда и Андрей.
– А как же Виталька?
– Кто?
– Внучок Владимира Николаевича.
