Дело Гермионы полностью

Ремус Люпин обнаруживается в каморке Сириуса, отчитывающим владельца помещения. Обоюдных криков нет, равно как и раскаяния на лице Блэка. Видимо, считает себя полностью правым и это тоже пугает. Ладно там действия врагов, но вляпаться в проблемы из-за того, что у кого-то из наших выдержки не хватит соблюдать инструкции? Хреновый вариант. Собственно, Ремус примерно это и втолковывает Сириусу, но тот сияет и твердит одно и то же.

-- Так ничего же не случилось! Зато я с Гарри классно поболтал.

-- Прошу прощения, профессора, - осторожно постукиваю в дверь.

-- Да, и с Гермионой славно поболтали! - заявляет Сириус.

-- Что-то случилось? - настораживается Люпин.

Коротко и емко докладываю о поведении Сириуса, и о Драко с мужиком. Преподаватель ЗОТИ мрачно смотрит на Блэка, потом благодарит меня и просит пока молчать и никуда не высовываться. Последнее, что слышу, пока дверь не закрылась, это возмущенный возглас Люпина.

-- И никуда не пойдешь! Завтра - Хэллоуин, и дементоры точно будут не в себе!

Чуть позже. Каморка смотрителя. Ремус Люпин, Сириус Блэк и директор Дамблдор.

Блэк (ворчливо): Как вы и говорили, вошел в контакт с Гарри Поттером.

Люпин (резко): напился медовухи, рассказывал о Джеймсе, и чуть ли не в открытую себя Сириусом называл!

Дамблдор: Сириус, ты же понимаешь, что подставишься сейчас и тебя уже не отправят в Азкабан, а сразу казнят? Терпение и еще раз терпение!

Блэк: Да достали! Уже и с крестником не поболтать!

Дамблдор: Болтай, да не выбалтывай! Потерпи до каникул, сумеешь к тому времени войти в доверие и не раскрыть тайны всем окружающим, поговорим с Гарри, объясним ситуацию, что да как.

Блэк (продолжая ворчать): Хорошо, я подожду, так бы сразу и сказали.

Люпин (язвительно): Бери пример с Гермионы, вот она все знает и молчит, а ты

Дамблдор (примирительно): Ремус, хватит, думаю, что Сириус все осознал, не так ли?

Блэк кивает, а Дамблдор и Люпин выходят из каморки. Преподаватель ЗОТИ пересказывает полученную информацию, Дамблдор задумчиво гладит бороду. Молчит. Потом говорит.

Дамблдор: Ремус, после теории энергетики переходи к подоплеке первой войны.

Люпин (осторожно): Во втором учебном полугодии, не раньше.

Дамблдор: Сойдет, для начала я сам расскажу ей о Министерстве.

Люпин: Не рано ли? Такая правда обычно вызывает шок.

Дамблдор (мрачно): Придется. План занятий составлю и пришлю позже.

Хэллоуин, наконец-то, о аллилуйя, хвала магистрам и все такое, проходит спокойно!

Плавают в воздухе огромные тыквы Хагрида, и сам Хагрид бухает с огромной скоростью за столом преподавателей. Сидим, едим, общаемся и не думаем о проблемах. Никто не выбегает с криками о троллях, не просит навестить подземелья, и не предлагает послушать змеиное шипение. Ле-по-та!

-- Смотри, как мы умеем! - говорят близнецы и съедают по конфете.

У обоих немедленно начинают пучиться глаза и губы, лицо приобретает зеленоватый оттенок, а из ушей течет какая-то гнойная слизь. Сидящий рядом Гарри зажимает рот рукой, а Джинни немедленно кричит.

-- С ума сошли?! Не за обеденным же столом!

-- Ха-ха, сестренка! - голос близнецов искажен изменениями лица. - Смотри!

И закидывают еще по конфетке, бордовой, тогда как первые были золотистыми. Немедленно все изменения на лице исчезают, и все возвращается в норму. Фред и Джордж победно смотрят.

-- Мы решили назвать это Удивленный Прогульщик! Принял такую, вышел с урока, закинул противоядие и гуляй! Правда, классно?

-- Правда, очень натурально получилось, - киваю, сдерживая рвоту. - Несомненно, будет иметь бешеный успех и будет внесено в список запрещенных предметов.