— Присаживайтесь, господа. В ногах правды нет.
Они уселись, кто с привычной важностью, кто с ленивым удобством, кто с показным безразличием.
Совещание с главами Гильдий началось, как и следовало ожидать: с лёгких насмешек и самоуверенных улыбок.
Шестеро мужчин — представители морской Гильдии, торговой, ремесленной, строительной, кузнецов и оружейников, нотариусов и писцов — сидели передо мной, чувствуя себя абсолютно уверенно. По очереди они представились, поднимаясь со своего кресла. Они явно не ожидали ничего серьёзного. Возможно, полагали, что юная герцогиня лишь формально озвучит несколько напыщенных фраз и предоставит всё им.
Я видела, как один из них — господин Эдвард Мортон, глава торговой гильдии, неспешно поправил манжеты, одаривая меня снисходительной улыбкой. Господин Морис, глава морской гильдии, откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на животе и чуть ухмыляясь. Остальные обменялись взглядами, не пытаясь скрыть того, что им всё происходящее казалось скорее фарсом, чем деловой встречей.
Но чем дальше шло совещание, тем быстрее таяла их уверенность.
Я начала с простого: попросила каждого в двух словах рассказать о текущем состоянии дел Гильдии и с о проблемах, с которыми они сталкиваются.
Они говорили. А я слушала.
Но после каждого доклада задавала вопросы. И вот тогда ситуация начала меняться.
— Вы утверждаете, что доход морской Гильдии снизился в прошлом году из-за плохого урожая зерна в южных провинциях, — я слегка склонила голову, разглядывая господина Мориса. — Однако данные по торговым соглашениям с восточными колониями говорят обратное. Экспорт рыбы и морских продуктов значительно вырос. Как вы объясните это расхождение? А контрабандные поставки жидкого масла? Сколько они принесли доходов в ваш карман?
Господин Морис вздрогнул, его лицо слегка покраснело, но он всё ещё держался.
— В целом верно, но... контрабанда — это неискоренимый бич!
— Это не бич, а хаос, поощряемый вами. Хорошо, а теперь объясните, почему, несмотря на рост продаж за барьер, налоговые отчисления вашей Гильдии сократились на десять тысяч золотых в сравнении с прошлым годом?
Он замолчал.
Глаза Валентайна округлились.
Тишина затянулась.
— Видимо, ошибка в отчётах, — пробормотал Морис, расстёгивая воротник камзола.
— Значит, документы были составлены неверно? — уточнила я, глядя ему прямо в глаза.
— Это... требует дополнительной проверки, миледи.
— Проверку мы организуем. Сегодня же. Господин Валентайн — это ваша забота.
Господин Валентайн, наблюдая за происходящим, пребывал в глубоком изумлении. Его лицо по мере моего диалога с гильдейскими главами вытягивалось и всё сильнее мрачнело.
Он, вероятно, не предполагал, что встреча, начавшаяся с ухмылок и снисходительных взглядов господ, обернётся для них такой пыткой. И откроет ему глаза на то, о чём он даже не догадывался.
Но я не жалела никого.
Следующей моей жертвой стал глава торговцев. Он едва заметно поёрзал на стуле.
— Господин Мортон, согласно вашим данным, общий доход торговой гильдии составляет... — я развернула документы, — ...семнадцать тысяч золотых в год. Однако по сведениям казначейства, среднегодовая сумма за три последних года до отчётного составляла не менее двадцати тысяч. Откуда такие значительные потери?
Господин Мортон начал потеть.
— Так война же была, миледи. Хуже покупают.
— Господин Мортон, во время войны спрос падает на товары роскоши, но в то же время идёт рост спроса на товары военного назначения. Правда, милорд Гровенор?
Обратилась к своему супругу, который с самого начала совещания хранил молчание, наблюдая за происходящим с холодным, почти равнодушным выражением лица.
Генерал медленно перевёл на меня взгляд. Его чёрные глаза вспыхнули, и на губах мелькнула еле заметная ухмылка. Оценивал ли он мой вопрос или просто развлекался, наблюдая, как я методично загоняю гильдейских господ в угол?
— Война — время больших трат и огромных доходов, — наконец, отозвался он, откинувшись на спинку кресла. — Войска нуждаются в оружии, провизии, лошадях, медикаментах. Даже обычный солдат вынужден тратить своё жалование на ремонт доспехов или приобретение припасов. Война — двигатель торговли, пусть это и звучит цинично. Вопрос лишь в том, кто сумел на этом заработать, а кто нет.
Я кивнула, принимая его ответ.
— Именно. И если торговая гильдия показывает убытки, когда весь рынок должен был процветать, возникает закономерный вопрос — а кто же тогда обогатился?
Господин Мортон покраснел, как переспелый помидор, и начал что-то бормотать про потери в караванах, про грабителей и о сложностях с перевозками.
— Сложности с перевозками товаров? — я с интересом склонила голову. — Но ведь Гильдия строителей не отчитывалась о разрушенных мостах или портах. Гильдия морская не сообщала о нападениях пиратов в прибрежных водах. Не было потерь кораблей на море. Так откуда же такие значительные потери, господин Мортон?
Он попытался было возразить, но, увидев мой взгляд, сжался и нервно сглотнул.
