В зале тут же поднялся шёпот. Я слышала, как кто-то выдохнул это имя, кто-то замер, а кто-то — что удивило больше всего — схватился за грудь, будто от шока.
Барон Локсли был известен по ратным подвигам. И теперь он был рядом со мной.
Секретарь захлопнул открывшийся рот и отчеканил, вытянувшись во фрунт.
— Ваш кабинет готов, миледи.
— Отлично. Пригласите господина Валентайна. И сообщите дознавателям, что я жду отчёты по расследованию нападения.
— Будет исполнено.
Я направилась к своему кабинету, чувствуя, как барон Локсли бесшумно следует за мной.
Когда дверь закрылась, он заговорил.
— Вы действительно разорили осиное гнездо, миледи. Джеральд рассказал в общих чертах новости с вашим участием.
Медленно опустившись в кресло, я сцепила пальцы в замок и положила руки на стол.
— И я не сожалею об этом, лорд Локсли. Это только начало. Мы стоим на пороге перемен, которые всколыхнут не только Марвеллен, но и всё королевство. Как круги на воде, они разойдутся далеко за его пределы. Я создаю прецедент — женщина, способная справляться с обязанностями, которые веками считались исключительно мужскими. Это лишь первый шаг. Со временем это изменит само сознание людей. Вас это не отвращает? Не идёт в разрез с вашими взглядами и принципами?
Айдан Локсли смотрел долго, пристально, будто пытался заглянуть мне в самую душу. В его стальных глазах не было осуждения — только сосредоточенность и… что-то ещё.
— Если бы я придерживался устаревших взглядов, миледи, — наконец произнёс он, медленно подбирая слова, — то остался бы лежать в сугробе, проклиная судьбу, вместо того, чтобы стоять здесь перед вами.
Он слегка склонил голову, будто подбирал слова.
— Война научила меня многому. Один из этих уроков — человек ценен не тем, кто он по рождению, а тем, что он делает. Вы, герцогиня, делаете больше, чем любой мужчина на этом посту. И знаете что? Это меня не отвращает. Это меня восхищает.
Его голос был ровным, без лишнего пафоса. В нём звучала твёрдая уверенность человека, привыкшего говорить то, что действительно думает.
— Но если вы создаёте прецедент, миледи, — продолжил он, чуть сощурившись, — то не ждите, что те, кто веками держал власть в своих руках, отдадут её без борьбы.
— Я этого и не жду, — откликнулась спокойно. — Я готова.
Лёгкая улыбка тронула уголки губ барона.
— Тогда я останусь рядом и прослежу, чтобы вас не заставили пожалеть об этом выборе.
Магия Тьмы вздрогнула в воздухе, будто поддерживая его слова. Тёмный символ, светящийся на моём запястье, слегка потеплел, словно напоминал о своём присутствии и данной клятве.
Дверь с глухим стуком ударилась о стену, и в кабинет стремительно вошёл герцог Гровенор. Его взгляд скользнул по мне, но задержался на мужчине, стоявшем рядом со столом.
Айдан Локсли.
Воздух в комнате сгустился, словно перед бурей. Два побратима столкнулись взглядами. Ни один не произнёс ни слова.
Взгляд герцога, обычно непроницаемый, теперь казался колючим, напряжённым. В нём мелькнула смесь удивления, гнева и… облегчения?
Айдан стоял прямо, но его плечи были напряжены. Казалось, ещё секунда, и он либо сорвётся с места, либо стыдливо отведёт взгляд, не выдержав молчаливого давления.
— Локсли… — голос герцога прозвучал глухо, словно застрявший в горле.
Барон не ответил, лишь сжал челюсти, а в серых глазах промелькнула тень.
— Ты был жив всё это время? — медленно произнёс Гровенор, прищурившись.
Айдан продолжал молчать.
Я ощутила, как атмосфера накаляется. Так бывает, когда между людьми возникает недопонимание, когда слишком многое остаётся недосказанным.
Им было что сказать друг другу. Но не при мне. Поэтому я решила покинуть кабинет сама. Моё движение не привлекло внимания ни одного из них. Словно за мгновение весь мир сузился и замкнулся на них двоих.
— Милорды, — мягко произнесла я, — думаю, вам есть что обсудить.
Айдан едва заметно кивнул.
Герцог не шелохнулся, но его ладони сжались в кулаки.
Покинув кабинет, я закрыла за собой дверь. В коридоре остановилась на секунду, прислушиваясь. Тишина. Задержала дыхание и отпустила все мысли. Пусть говорят. Пусть выясняют отношения.
А у меня впереди была ещё масса дел.
Выпрямившись, направилась к кабинету господина Валентайна — предстояло заняться насущными вопросами.
***
Валентайн встретил меня лёгким кивком, поднявшись из-за стола, когда я вошла в кабинет. На его рабочем месте уже лежала аккуратно подшитая стопка документов, перевязанная тонкой бечёвкой. Все листы лично мною были пронумерованы, сшиты и описаны в сопроводительном листе. Уж я-то знала толк в делопроизводстве, прожив жизнь на Земле.
— Миледи, — сдержанно поприветствовал Валентайн, — вы как раз вовремя. Я только что закончил проверку свидетельств по делу барона Селбриджа.
Я подошла ближе, пробежала взглядом по верхнему листу. Узнаваемый витиеватый почерк Люциана сплетался в слова, а слова в предложения. И смысл их был однозначен: барон Селбридж виновен.
— Этих доказательств достаточно, чтобы привлечь барона к ответственности? — спросила, присаживаясь напротив Валентайна.
