– Там, где офис «Грифон-сервиса»? Как угодно. Я смогу быть там… – он, видимо, ответил кому-то по другой линии, потому что звук из динамика пропал секунд на десять, – могу быть там в семнадцать тридцать. Вас устроит?
– Устроит. Спасибо большое, буду ждать вас!
Разумеется, защита была омрачена столь неприятным звонком, но, по словам Насти, я держался на «ура!» Не думаю, что она стала бы врать, чтоб подбодрить – это совершенно не в ее характере. Скорее всего, в мою пользу сыграло то, что совет почти полностью состоял из друзей нашей семьи, а тема докторской была действительно мной любима. Я писал о субавторитарных режимах и их эволюции – благо, эта тема была совершенно необкатана в нашем научном стриме.
После защиты состоялся такой сочный банкет, что не только члены совета, но и я сам забыли обо всех земных проблемах. Вот что значит умелая женская рука – это Настенька помогала с кейтерингом и подборкой меню. Конечно, разве ж от этих обалдуев, которые называются друзьями, можно чего дождаться? А вот чтоб пожрать прийти, так на это у них времени хватило.
Принимая поздравления членов комиссии и друзей, я думал не о докторской – я уже думал о завтрашнем, дне, когда я…
…Когда я, заказав бесхитростный суши-набор и большую кружку пива, буду ждать Вадима Васильевича в условленном месте. Долго ждать не пришлось: он прибыл вовремя.
– Рассказывайте, – участливо предложил он.
– Будете курить? Нет? А я закурю, – вытащил измятую пачку «Собрания» (забыл портсигар дома) и приступил к самоубийству. – Вы же помните Настю?
Он кивнул. Помнит весь мой ближний круг – вот ведь профессионал!
– Она замужем за Владом, пилотом «Международных авиалиний Украины». Сложно сказать о тем что-то плохое, однако, как вы понимаете, я не испытываю к нему нежных чувств. Так вот, хочу попросить вас… Меня в последнее время часто и внезапно дергают звонками на мобильный, «тренируют», так сказать. То советуют покаяться в грехах, то спрашивают, какую тюремную еду предпочитаю – странно, не так ли? Я подозреваю, что он причастен.
– Вы уверены, что это всерьез? – поинтересовался Вадим, нахмурив бровь. – Быть может, шалят? Вы ведь тоже в прошлом году… перебрали немного, так сказать, и звонили мне с вопросом, где купить зенитку[28].
– Я не уверен, что звонит именно он или по его поручению, но уверен, что меня это раздражает, – сдержанно парировал я. – Это все очень подозрительно и пугающе.
– В таком случае, я могу решить эту проблему фундаментально, – бухнул начальник охраны. – Даже зенитка не потребуется.
– Пока обойдемся без этого, – плавно увел я, хотя предложение восхитительное заманчивое. – Просто узнайте… может ли это быть его рук дело? Номера, с которых мне звонили, передам.
Вадим Васильевич лукаво улыбнулся:
– Я все сделаю. А после того, как найду доказательства?…
– После – ничего не нужно, – аккуратно возразил я. – Вы же шутите? Правда?
– Конечно, шучу! – искренние голубые глаза профессионального убийцы говорили обратное, но он решил обратить это заявление в шутку хотя бы для виду. – Я не убиваю людей, Николай.
Это было бы очень похоже на правду, дорогой Вадим Васильевич, но где-нибудь в параллельной вселенной.
– Спасибо, что правильно поняли меня. Я уж было решил… А по поводу…
– Николай, прошу вас! – искренне возмутился Вадим, прочитав, как обычно, мои мысли. – Не думайте о деньгах. Какая может быть оплата? Максимум – это расходы моих людей на бензин и еду, чтоб ваша совесть была спокойна и вы не чувствовали себя обязанным. Я все сделаю. И будет у нас хэппи-энд, верно?
Да я не знаю говорить по-кошкиному! Я не умею. Я забы-ыл.
В сентябре Джихад очень тихо перешла из ИПАМ на должность первого проректора одного из гуманитарных вузов-конкурентов. Ученый совет избрал нового декана ФГУ – адекватного опытного дяденьку с кафедры политического анализа, а меня назначил руководить нашей кафедрой.
Последний мой серьезный разговор с «матерью-наставником» случился в последний день лета, когда она уже освободила свой кабинет от личных принадлежностей, но еще квартировала – оставались какие-то незаконченные дела. Я пришел попрощаться и боялся, что это будет выглядеть так, будто я присматриваю новое место.
Но Джихад была слишком умна, чтоб заподозрить меня в подобном.
– Ну, садись, Коля. Чаю не предлагаю, извини, чайника уже нет, – пожаловалась она. – Но пообщаться можем.
– Спасибо, – с натужной улыбкой я уселся в кресло напротив ее стола. – А помните, как первокурсник Логинов сидел здесь дюжину лет назад и просил вас быть моим научруком?
– Ага, такое забудешь! – отозвалась завкафедрой. Она стояла спиной ко мне и копалась в сейфе. – Ты меня тогда будто замуж звал: дергался, заикался…
В тот год Джихад только-только стала заведующей, сменив на этом посту видного теоретика госуправления, которого я уже не застал. Она была достаточно молода как для такой должности, но уже могла внушить кому угодно и страх, и уважение.
