Опираясь на свою новую деятельность, Нарбут создаёт кружок научной поэзии, в котором принимают участие такие писатели как Михаил Зенкевич, Игорь Поступальский, Дмитрий Сверчков и молодой Варлам Шаламов. Кружок проводит ряд занятий, на которых Нарбут делает несколько докладов о научной поэзии, в том числе в редакции «Красной нови».
Но путь этот был откровенно неперспективным. Стихи этого цикла прозаичны, труднопроизносимы, прежний своеобразный словарь сменялся газетными советизмами, и они не удовлетворили ни читателей его прежних стихов, ни критиков. Ведь советская критика требовала от писателей его поколения идейно-стилистической перестройки, а Нарбут, подобно некоторым другим, свернул на путь воспевания технического прогресса, и если в его советских стихах периода гражданской войны чувствовалась искренность, то теперь она сменилась дежурными идеологическими фразами-отписками. И лишь в некоторых стихотворениях этих лет ещё чувствовался тот прежний поэт, которого все помнили, хотя уже в несколько новом качестве, как это видно по стихотворению «Перепелиный ток»:
Надежда Мандельштам писала, что Нарбут был «партийным аскетом» (тип, уже не существующий в действительности). «Ограничивал себя во всём – жил в какой-то развалюхе в Марьиной роще, втискиваясь в переполненные трамваи, цепляясь за поручни единственной рукой – вместо второй у него был протез в перчатке, работал с утра до ночи и не пользовался никакими преимуществами, которые полагались ему по чину».
Выдержать гнёт навалившихся на него обстоятельств Нарбуту помогала дружба. Самые близкие «сотоварищи, соискатели и сооткрыватели» по акмеистическому прошлому – это Осип Мандельштам и Михаил Зенкевич, а также часто приезжающая из Ленинграда Анна Андреевна Ахматова. Из молодых же – Эдуард Багрицкий, который в кипучую одесскую пору был его учеником в поэзии, а ныне – родственник и свояк. Поэты были женаты на трёх родных сёстрах Суок: старшая – Лидия – была замужем за Эдуардом Багрицким, а Серафима – супруга Нарбута.
Критик Владимир Фёдорович Огнев писал: «Какими разными были эти сёстры Суок! Я знал их – Серафиму, Лидию, Ольгу. Серафима Густавовна побывала – поочередно – женой Олеши, Нарбута, Шкловского (а до этого ещё женой бухгалтера Мака и Н.И. Харджиева. – Н.П.). Лидия Густавовна была женой Э. Багрицкого, сын их Сева погиб на Южном фронте. Ольга Густавовна после ухода Серафимы от Олеши вышла за него замуж.
