Длинные светлые волосы незнакомца были забраны в аккуратный хвост, в глазах переливалась синева, тонкие губы были крепко сжаты, а мраморная кожа отливала бирюзой. Он был облачен в отлично скроенный тёмно-коричневый костюм. На вид мужчине было около тридцати пяти. Старший детектив никогда раньше не встречала такого холодного, безжизненного, лишенного души взгляда. По спине пробежали мурашки, волосы на голове и руках встали дыбом. Марван напряглась, готовая закричать. Женщина не воспринимала его красивого лица, не слышала слов, что произносил незваный посетитель, не замечала дорогой одежды. Её душа задрожала и забилась внутри тела, готовая, не раздумывая, покинуть его и улететь подальше, лишь бы не оставаться с чужаком наедине.
Мужчина протянул руку к лицу Марван, и её сердце бешено заколотилось в груди: тук-тук, тук-тук, тук-тук.
Дверь распахнулась. Аркан, быстро оценив обстановку, кинулся вперед, схватил чужака за шиворот и потянул на себя. Мужчина ловко вывернулся из хватки инспектора, но Хамс оказался проворнее: он резко наступил незнакомцу на ногу, сильно придавив носок его ботинка своим каблуком. Чужак лишь вопросительно вскинул бровь, не издав при этом ни звука. Казалось, он вообще не чувствует боли или специально не показывает её, демонстрируя сопернику своё преимущество. Светловолосый схватил Аркана за запястье и резко завел его руку за спину. Послышался хруст выворачиваемого сустава, и инспектор озлобленно рявкнул, пытаясь высвободиться из захвата.
— Даже не удивлён тому, что вижу тебя снова, — нараспев произнёс чужак, наклоняясь к Хамсу. — Еще чуть-чуть — и я смогу привыкнуть к твоему мерзкому запаху.
Марван размахнулась и с надрывным криком разбила стакан о голову чужака. Осколки со звоном поскакали по полу. Детектив вынула обломок, который впился в её миниатюрную ладонь, и, кинувшись к двери, распахнула её. Незнакомец отпустил Аркана и как ни в чем не бывало выпрямился, безразлично взглянув на старшего детектива. Она стояла в проёме и тяжело дышала. Издалека увидев взволнованную женщину, в палату опрометью ворвался Мерлуза, а за ним следом влетел Лаврак. Незваный посетитель одёрнул костюм и пригладил выбившуюся из хвоста прядь белокурых волос.
— Извините меня, — он поклонился человеку в белом халате. — Перепутал палаты.
Незнакомец прошелся ледяным взглядом по присутствующим, чуть дольше задержавшись на Марван. Затем вышел в коридор и уже хотел направиться к выходу, но Лаврак поймал его за локоть.
— К кому вы пришли, и как ваша фамилия? — гневно хмуря брови, поинтересовался врач.
Чужак грубо оттолкнул руку Сибаса, и в его синих глазах заплескалась опасная стихия.
— Меня зовут Авель Аствац, — он встретился взглядом с Арканом, который смотрел на него в упор. — И я пришел к своей любимой женщине.
Авель развернулся и стремительно проследовал к выходу из больницы, оставляя после себя шлейф запаха морского прибоя.
Хамс взглянул на измученное лицо старшего детектива. Возле её правого глаза виднелось серое окантовочное кольцо гладкой рыбьей кожи. Оно наползало на веко и, расплываясь, очерчивало нижнюю границу ресниц. Аркан с горечью осознал, что потерял слишком много времени.
Глава 18
Пророчества
Марван зажгла спичку и несколько мгновений наблюдала, как пламя ласково пожирает тонкий древесный стебелёк, заставляя его выгибаться. Огонь обжёг пальцы, и женщина бросила почерневшую спичку на белую скатерть. Руки дрожали. Старший детектив положила коробку на стол и,крепко сжав кулаки, тихо выдохнула. Сердце металось в грудной клетке, готовое проломить рёбра. Чаша чувств переполнилась, и где-то глубоко на дне, нарастая, забурлиложелание.
— Давай я, — Аркан приблизился к Марван со спины и, взяв коробок, выудил спичку. Уверенно провел по боковой поверхности, зажёг пламя. Одним движением аккуратно протолкнул его вглубь лампы, и фитиль моментально вспыхнул. Детектив жадно следила за процессом, выхватывая из темноты рельеф его красивых рук.
— Я знаю о тебе всё, — Хамс неотрывно смотрел на маленький трепещущий огонёк. Марван повернула к инспектору голову, разглядывая его лицо.
— Твой любимый цвет — чёрный, ты ненавидишь гаснущее солнце и не выносишь запаха кожи. А проснувшись, часто подолгу стоишь босиком возле окна — тебе нравится, как пол холодит ступни.
Марван сделала стремительный шажок и вплотную приблизилась к нему. Тишину нарушал лишь треск огня. Языки оранжевого пламени неудержимо пожирали лежавшие в камине поленья и, распаляясь, лизали решетку.Аркан запустил руку в густые волосы Марван. Дыхание участилось, тяжело вырываясь наружу. Она скользнула ладонью по широкой груди и расстегнула верхнюю пуговицу его рубашки. Хамс замер.
— Я люблю тебя, — признание вырвалось, прежде чем инспектор успел осознать вес произнесенных им слов.
