— И узнали, что есть ещё две жертвы, — кивнул Рауль. — Давайте вернёмся в таверну. Те рыцари, что пришли после нас — подчинённые моего отца, они из гарнизона крепости. Мы должны сообщить им о нападении. Отец будет в ярости, когда узнает! Но что делать…
И совершенно расстроенный он направился назад, с полным равнодушием перешагнув через труп убитого им разбойника.
Рыцари действительно знали Рауля, и, похоже, лишь из деликатности не подошли к нему раньше, увидев, что он в компании незнакомого дворянина. Теперь же они, выслушав его, очень встревожились и бросились расспрашивать, не пострадал ли он, и ощупывать на предмет ушибов и ран. С видом капризного ребёнка он увернулся от их заботливых рук.
Потом они вслед за Марком и Раулем пошли к месту стычки, но к всеобщему удивлению не нашли там трупов. На влажной грязной мостовой темнели лишь пятна и лужицы крови.
— Зачем же они забрали трупы? — озабочено спросил высокий рыцарь, которого Рауль называл лейтенантом.
— Чтоб их не опознали, — пояснил Марк. — Если мы узнаем, кто они, то без труда выйдем на их заказчика.
— Вот мерзавцы, — проворчал другой рыцарь и посмотрел на юношу. — Уже поздно. Мы с Жерменом проводим вас в замок, а остальные доложат обо всём коменданту.
— Может, не стоит? — жалобно проныл Рауль, но лейтенант сурово взглянул на него, и юноша, покорно кивнув, повернулся в сторону замка.
Рано утром Марка разбудил капитан Бонен. Он сурово смотрел на него, почёсывая свою кудрявую голову.
— Во что ты вляпался, парень? — проворчал он. — Взбрело же тебе в голову обижать сынка коменданта де Лажуа! Иди, он ждёт тебя вместе со своим побитым щенком! Но учти, я не стану тебя защищать! Это не моё дело!
— Что верно, то верно, — проворчал Марк, сползая с помоста.
Он натянул сапоги и надел свой аккуратно разложенный на лавке камзол. Выходя из казармы, он сладко потянулся и взглянул на молодого рыцаря, ожидавшего его у дверей. Тот велел ему следовать за собой и двинулся по длинному коридору в сторону нижнего зала.
Они не стали подниматься на второй этаж, но совсем рядом оказалась просторная, хорошо обставленная гостиная, видимо, предназначенная для приёма гостей служащими барона. Там у окна стоял высокий статный человек с чёрными, подёрнутыми редкой сединой волосами, а возле стола сидел слегка встрёпанный и унылый Рауль.
— Я привёл его, господин комендант! — доложил молодой человек, вышел и аккуратно прикрыл за собой дверь.
— Так это вы называете себя бароном де Сегюром? — спросил мужчина и обернулся от окна.
Он был довольно молод и при этом хорош собой. Его черты были такими же правильными, как и у сына, а в глубине карих глаз затаился гнев. Однако вглядевшись в лицо Марка, он немного растерялся, а потом невольно тряхнул головой.
— Это действительно вы, ваша светлость? — воскликнул он, а Рауль поспешно выпрямился и с удивлением взглянул на него. — Вернее, я хотел сказать, ваше…
— Мы встречались? — спросил Марк, проходя к столу, и приятельски кивнул оруженосцу.
— А вы меня не помните? Я был адъютантом виконта Дэвре, а потом его лейтенантом!
— Неудивительно, что я не запомнил вашего лица! — рассмеялся Марк. — Рыцари железного клина Дэвре всегда ходили с опущенными забралами!
— Ну, не всегда, — усмехнулся тот, — но довольно часто. Значит, это всё-таки вы! Я готов подтвердить это перед бароном и его двором!
— Нет необходимости, по крайней мере, пока. Однако вы пришли не за этим, комендант де Лажуа. Я приношу свои извинения за то, что невольно втянул вашего сына в столь опасную ситуацию.
— Вы не виноваты! — пылко воскликнул Рауль. — Это были разбойники, и мы вдвоём справились с ними!
— И всё же у меня душа ушла в пятки, когда я услышал, что вы за моей спиной ведёте свой поединок.
— Отныне вам придётся обходиться без него, — твёрдо заявил комендант.
— Но, отец!
— Замолчи! — рявкнул тот, и юноша поспешно опустил голову.
— Не спорьте, Рауль, — поддержал коменданта Марк. — Это действительно было опасно, и я никогда не простил бы себе, если б с вами что-то случилось. Я не хочу, чтоб вы пострадали из-за меня.
— Но это приказ барона!
— Я поговорю с ним, — отрезал де Лажуа.
— Но, отец, как его сиятельство будет вести расследование один? Он же не знает здесь никого! К тому же, на него снова могут напасть. Вчера он похвалил моё мастерство и сказал, что вы можете гордиться мной! Я могу постоять за себя и помочь ему!
— Я дам его светлости других помощников и охрану!
— А меня тогда заприте в сундуке и спрячьте ключ на своей груди! — неожиданно вскочив, воскликнул юноша. — Мне уже восемнадцать! Я — мужчина! Сколько было вам, когда вы впервые пошли в бой? Я понимаю, что вы беспокоитесь обо мне, но рано или поздно вам придётся позволить мне жить своей жизнью!
Комендант хмуро смотрел на него, а потом перевёл взгляд на Марка.
