Финал истории Лучезары, ее Снежного Демона-вендиго и расследования Агентства Олевского и Райяра.
Глава 26
Дело о Снежной Невесте ( Агентство Магической Реконструкции 2 )
— Вот мы и встретились, Бес. Я же говорил.
Выйдя на яркий свет из полумрака дома, Тони не сразу заметил мужчину в плетеном кресле. Виктор сидел в тени. Он мог бы атаковать Антона, едва держащегося на ногах, но не стал: в доме уже орудовала бригада «ССЗПВ», а врачи выносили еле дышащего Ленни на узких носилках. И Лучезара все еще сидела на полу рядом с хохмящим Богданом. У Даньки всегда было так, с того самого кладбища на втором курсе Академии, когда он оказался единственным выжившим после «поцелуя фантома»: после шока – шутки и прибаутки. Пусть шутит. Немногие, кто пережил смерть друзей и почти полную потерю потенциала, смог бы хохмить после нападения «злых» костей.
Словно услышав его мысли, мужчина в кресле слегка потянулся и миролюбиво спросил:
— Зачем ваш друг вообще основал это ваше… агентство?
— Надеялся заработать на ловле воришек и мелких мошенников, — честно сообщил Тони. — Вы ведь не ожидали, что мы перейдем вам дорогу.
— Я? — Виктор поднял одну бровь.
— Не ты. Вы, — поправил его Олевский. — И я бы хотел поговорить с твоим хозяином. Тем, кто творит… это, — Тони поскреб иней на окне. Снаружи тепло, а из открытой двери тянет зимой. — С тем, кто убил Свету.
— Это я убил Хомутову. Я признаюсь. Ее и остальных. Мадлена Эггелтон. Есть… другие. Я не помню. Забыл. Это жажда крови. Она просыпается, и я ничего не могу поделать, — Козински грустно покачал головой. — Так и буду говорить на суде. Водить экспертов и реконструкторов на места убийств. Много работы… много.
— Ложь, — Антон посмотрел фантому в глаза. — Мотив?
— Личная месть. Ты убил моего брата.
— Твой брат убил Мадлену до…
— А ты многое накопал. Я говорил, я предупреждал его, что он тебя недооценивает.
— Кто? Кого ты предупреждал? Мне…
— Вы убили его дважды. Моего брата.
Антон сбился с мысли. Викто́р смотрел на раскинувшийся под обрывом скалы город. В углах рта у него образовались жесткие складки.
— Первый раз был… ты не помнишь, должно быть, Тони… в доме твоего отца.
— Я помню, — медленно проговорил Антон.
— Мы пришли за вашими сердцами, твоего отца и твоим. Пара слуг в доме, старый пес, один мужчина, женщина и ребенок. Легкая добыча. Кусочек сердца вендиго – и любое тело на выбор станет твоим без всяких условий. Не нужно будет сражаться с душой – полное подавление. Вкус еды, запахи, любовь женщины, боль… настоящая боль, не подделка… настоящая смерть… еще один шанс полноценно прожить человеческую меру времени… Так они говорили. А мы, дураки, молодые души, потерявшие материальную оболочку, прорвавшиеся в чужой мир, еще не знающие, как нам
— В гомункула нельзя вживить дух человека.
— Ты очень мало знаешь, младший Бес. Хозяин может все. Именно тогда мы с ним и встретились. Такой странный мир. Наглый. Открытый. Легко попасть – нелегко прижиться. Я официальный двоедушник, ты знаешь?
— Ты не двоедушник. Двоедушники принимают чужие души добровольно, ты – вторгся, подавив носителя. Как ты прошел проверку?
— А вот это тебе знать не положено. Хозяин разозлится. Он не такой, как мы. Ему не нужно твое сердце. И мне оно уже не пригодится. Но я уговорил его… попробовать еще раз, — Виктор облизнулся. — И он придет за тобой. Ты даже не представляешь, какой силой он обладает.
— Такой, что задумал устроить Грид?
— И все-таки ты не устаешь меня удивлять, Бес Олевский, — фантом смотрел на него почти с восхищением. — Жаль, что такой род прервется. Но в новом мире ему не будет места.
— Это мы еще посмотрим.
— Ах да, ты веришь в своего… ангела. Вижу, ты все еще прячешься за свою девочку с куколкой. Вендиго консервативны. Твой брат такой же? Из Светланы вышла отличная куколка. Не понравилась?
— Это был не ты, Свету убил твой Хозяин, — машинально проговорил Тони. — Какой ангел? За кого я прячусь? При чем здесь Владими́р? Откуда ты знаешь о кукле?
— Так много вопросов, — Викто́р повернулся всем корпусом и посмотрел сквозь окно.— Боюсь, ответы на некоторые из них найти ты не успеешь. А мне, пожалуй, пора.
