Гениальная идея! Мы с Одеттой последовали за Кирой по ступенькам к входной двери, а потом на наш этаж.
– УИНСТОН, смотри! Фантом! Он снова был здесь! – Кира широко распахнула дверь, и мы увидели на зеркале над комодом такую же записку из наклеенных букв!
– Что там написано? – мяукнула мне Одетта.
Я толкнул носом Киру, и она прочла вслух:
«РАЗВЕ ВЫ НЕ СКУЧАЕТЕ БЕЗ ВАШИХ КОТЯТ? А ВОТ ОНИ СКУЧАЮТ БЕЗ ВАС! И МНЕ ОЧЕНЬ ИНТЕРЕСНО, УВИДИТЕ ЛИ ВЫ ИХ КОГДА-НИБУДЬ!!! ФАНТОМ».
– О боже, Уинстон! Он их убьёт, я это чувствую! – И Одетта застонала от ужаса.
Кира взяла её на руки и попыталась утешить:
– Уинстон, я не хотела её пугать! Но если честно, я в таком же ужасе, как и она. Как же Фантому всё время удаётся незаметно приходить к нам в квартиру?! – Она пошла на кухню. – Бабушка! – Никакого ответа. – Бабушка! БАБУШКА?! – Снова ничего.
Потом на лестнице послышались шаги.
– Да-да! Я иду! – С пакетом в руке Бабушка поднималась по лестнице. – Что такое? Я ненадолго отлучилась за яйцами. Меня не было минут десять, ну максимум двадцать.
Кира судорожно глотнула воздуха.
– Это означает, – рассуждала она вслух, – что Фантом постоянно наблюдает за нами. И знает, когда в квартире никого нет.
– Что? Почему? – воскликнула Бабушка и тоже увидела наклеенную на зеркало записку. – Боже мой! Боже мой!
– Надо позвонить маме и Вернеру, – решила Кира. – Пускай немедленно приезжают домой!
Пока Кира лихорадочно тыкала пальцем в мобильный, я обдумывал, что значит для нас эта новая записка. Одно было ясно: Мона действительно не Фантом. Сейчас у неё лучшее в мире алиби. И очевидно, что Чупса, Спайка и остальных кошек поразила слепота, иначе они бы наконец заметили, что Фантом снова приходил в наш дом. То же самое касается и моей любимой Одетты. Впрочем, я скажу в её оправдание, что горе и страх за детей, возможно, притупили её чувства. Ничего не поделаешь, придётся мне серьёзно поговорить с нашими сородичами.
Я снова выскочил на лестницу через приоткрытую дверь.
– Пойдём, Одетта! – крикнул я на бегу. – Нам нужно выяснить кое-что важное!
– Честно, Уинстон, я не чокнутый! – возмутился Спайк. Я только что упрекнул его в том, что Фантом вошёл в наш дом у него на глазах, а он даже не заметил этого. – Нет, такого не может быть, Уинстон. Исключено. Мы несколько часов смотрели на дверь подъезда. Из посторонних никто не входил и не выходил. А Чупс вместе с Изи наблюдали за двором. Там тоже не было ничего подозрительного!
Просто загадка! Неужели Фантом в самом деле невидимка? Или умеет летать. Или телепортироваться с одного места на другое. Сидя на мусорном контейнере, я оглядел фасад дома вплоть до нашего балкона. Нет, залезть туда незаметно невозможно. Исключено. Я спрыгнул на землю и побежал из двора на улицу.
– Эй, ты куда? – крикнул мне вдогонку Спайк.
– Хочу осмотреть все пути к нашему дому. Ведь Фантом шёл по какому-то из них. Возможно, я найду что-нибудь, чего мы не заметили до сих пор.
За мной последовали все остальные, и вскоре девять кошек и котов перевернули возле дома каждый листок и каждый камешек. Я даже испробовал способ, который подсмотрел у собак, и обнюхал землю. Конечно, нюх у меня не такой острый, как у какой-нибудь средней таксы, но по сравнению с людьми всё равно классный.
Я понюхал кучку листьев, под которой слышались подозрительные шорохи. Правда, я не мог себе представить, что Фантом такой маленький и умещается под кучкой листьев – иначе как бы он сумел наклеить записку на зеркало или украсть машину Вернера? Но всё равно я решил тщательно проверить любые подозрительные места.
– Если бы ты знал, как смехотворно выглядишь, ты бы сразу перестал ломать комедию.
Ах ты любимый кошачий клозет! Этот голос слышался из-под листьев. И он мне знаком.
– Кто это говорит? – спросил я, и из листьев высунулась знакомая морда.
Раггети! Он усмехнулся, сверкнув страшными зубами:
– Ну, мохнатый нос, что ты тут делаешь?
– Я… э-э… я ищу улики. Ищу следы, которые могут привести меня к Фантому.
– О, вы до сих пор так и не нашли его? – удивился Раггети.
Я печально покачал головой:
– Нет, пока не нашли.
– Значит, ты не нашёл и своих детей? – Его усмешка исчезла. – Очень жаль.
– Спасибо, – мяукнул я. – Но я не сдаюсь и продолжаю искать. Поэтому и обнюхиваю здесь всё. И пускай я выгляжу смешно! Мне плевать!
– Понимаю тебя, приятель! Я ведь так просто сказал, пошутил. Меня очень тронула история с твоими детьми. Поэтому я и пришёл сюда. Хотел спросить, нашёл ли ты их.
– Так, значит, я не случайно наткнулся на тебя?
Раггети покачал головой, а следовательно, и всем телом, и последние листья упали с него на землю.
– Да, я оказался здесь не случайно. Я пришёл к тебе.
– Но откуда ты знал, где я живу?
Раггети взглянул на меня с сочувствием – так, словно я задал самый глупый в мире вопрос.
– Это же легко. Я доехал до станции «Халлерштрассе», а потом бежал от метро по твоему следу.
Я вытаращил глаза:
– ЧТО?! У тебя такой отличный нюх?! Ты можешь брать след?!
Он кивнул:
