Воин Ордена Питона врубился с мечом в чертей, бегущих на него из ворот, через которые он только что хотел пройти. Черти оказались быстрыми противниками, они не имели оружия и пытались ударить когтями, имеющимися на руках, или укусить. Ордай отсекал руки и ноги, разрубал туловища. Сзади приближался шум чертей, бегущих от тех ворот, к которым Ордай сейчас стоял спиной. Воин Ордена Питона продолжал рубить чертей. Он рассек лицо одного из врагов, разрубив глаз и нос, потом отошел назад, посмотрел на приближающихся к нему сзади врагов - они уже были метрах в тридцати - а затем рубанул очередного черта, отсек ему правую руку выше локтя. Тот готовился к прыжку. Несмотря на отрубленную руку, враг прыгнул, совершая попытку укусить. Ордай двумя мощными ударами меча повалил его на землю, глубоко разрубив туловище. Воин Ордена Питона продолжал рубить. Он еще дважды совершал паузу между ударами, отходя назад и оглядываясь. И затем черти нахлынули на него с двух сторон. Теперь он рубил их, нанося удары в разные стороны. Очередной двухметровый черт прыгнул на него и успел укусить за левую руку выше локтя, сомкнув челюсти с длинными зубами на руке и прокусив ее почти до кости. Эти зубы были похожи на зубы глубоководной рыбы. Ордай ударил мечом по спине укусившего его врага, но тот не разомкнул челюсти. Спереди на него несся еще один черт, ростом метра полтора и с длинными когтями на руках. Он замахнулся когтистой рукой и ударил. Ордай ударил мечом, встречая руку. Отрубленная рука полетела в сторону от черта, который продолжил бежать вперед. Вдруг воин Ордена Питона почувствовал боль в левой ноге и понял, что, скорее всего, это челюсти очередного черта, напавшего сзади, - в том месте, где находилась боль, большая сила дергала его назад. Ордай рубанул мечом по голове еще одного черта, который прыгнул, пытаясь добраться челюстями до лица воина Ордена Питона. В это время два мощных удара обрушились на спину. Ордай попытался сделать шаг левой ногой вперед, одновременно рубанув еще одного черта. Шаг получился коротким - на ноге висел враг, продолжающий сжимать челюсти. Еще один черт смыкал челюсти на левой руке - он их так и не разжал, продолжая дергать за прокушенную руку. На спину Ордая обрушилось еще несколько ударов, один удар пришелся по правой руке, держащей меч. Ордай рубанул еще одного черта из числа наседающих спереди, глубоко рассек грудную клетку. Потом челюсти одного из чертей сомкнулись на правой руке. Воин Ордена Питона еще держал меч, но действовать им уже не мог. Он пнул правой ногой одного из наседающих спереди в живот, занес правую ногу над челюстями черта, сжимающего левую ногу, и топнул. Челюсти разжались. На спину Ордая продолжали сыпаться мощные удары - то по спине ударял кулак, то когти, рассекающие одежду и наносящие неглубокие порезы. Воин Ордена Питона начал наносить удары ног по чертям, наседающим спереди, потом на ногах сомкнулись челюсти чертей. Один черт принялся грызть левый бок. Другой начал грызть лицо. Длинные зубы одного черта отгрызли нос Ордая и большую часть лица, а другой черт откусил большие куски от нижней части живота. Черти повалили воина Ордена Питона. Их челюсти грызли его голову, туловище, руки и ноги. Один из чертей откусил большой кусок от правой стороны черепа.
* * *
Приближался вечер. Дитмар Беккер, начальник районной контрразведки одного из районов Авиньона, столицы Авиньонского государства, и Эрс Ланге, один из полицейских, прошли по коридору полицейского участка, не имеющему окон и залитому искусственным светом люстр.
Они остановились между проемом, ведущим на лестничную клетку, и тем местом, где коридор заканчивался, в его конце находилась распахнутая дверь, ведущая в подсобное помещение. Дитмар и Эрс поняли, что находятся в месте, где их разговор не доносится ни до кого, кто бы мог находиться в участке.
- Ну что? - спросил Дитмар. - Опять эти активисты?
- Ага, - ответил Эрс. - Вчера одна активистка принесла заявление о том, что аптека продает наркотики. Это был обычный препарат. Героин, который смешан с красителем и переименован.
- И на что они надеются?
- Думают, что одно заявление у них примут, и заведут дело. Хотят создать прецедент и запретить хотя бы один препарат.
- Это я понимаю, - Дитмар широко улыбнулся.- И что ты сделал?
- А я сжег это заявление и все.