Спустя секунд тридцать началась попытка взять завалы. В сторону врагов полетели бомбы. Аларих бросил остававшуюся у него высокотемпературную бобму - подальше, чтобы не зацепило своих. Могучий грохот разрывов раздался над завалами, в воздух поднялись потоки бетонной крошки и клубы пара, в который превратились испарившиеся бетон и земля. Когда бомбы перестали лететь, на завалы начали взбираться теневые воины. Три огромных демона высунулись из-за куч бетона и начали выдыхать языки пламени, похожие на те, которые может исторгать ранцевый огнемет. Затрещало автоматическое оружие врагов, занимающих следующую линию завалов. Метатели сюрикенов и лучники стали посылать свои снаряды во врагов - стреляющих, пытающихся найти укрытие и бегущих.
Вскоре Аларих и его товарищи в числе десятков других бойцов добрались до следующей линии бетонных куч и руин, опять оказавшись за остатками жилого дома. Из-за них высунулись беженцы, один, с тяжелым плазмометом, который он пытался поставить на сошки, получил в голову сразу несколько сюрикенов, второму попала в лоб одна метательная звезда, после чего тот завопил и спрятался. Крупный беженец успел тяжело ранить бойца из группы Алариха, который метнул во врага предпоследний сюрикен. Вскоре бойцы отогнали беженцев по другую сторону завалов, недалеко за ними продолжал активно идти бой, рвалось множество бомб. Видимо, беженцы были окружены и их конец предрешен.
Веельзевул стоял в небольшом зальчике, находившемся рядом с храмовым комплексом, обряды в которых иногда проводились под его руководством. Этот зальчик был кабинетом Веельзевула, планировка тут предназначалась для того, кто предпочитал почти все время проводить в демоническом облике. В углу имелся голографический стол, предназначенный для стоящего демона.
Сейчас был час дня. Однако на Камаштли еще только приближалось к середине утро. Оттуда прибыл космический корабль с донесениями об уничтожении беженцев, скоро группа теневых воинов с донесениями доберется до кабинета, и ее старший расскажет о произошедшем.
Спустя сорок минут шестеро бойцов в черном, находящихся высоко в иерархии теневых воинов, зашли в кабинет. Старший представился и начал рассказывать, что произошло. Согласно традициям теневых воинов, у него не имелось ни записывающих приспособлений, ни записей на бумаге. Он рассказывал только то, что запомнил.
Больше сорока тысяч беженцев было вырезано только в одном Сатросе. В других двух городах - еще около тридцати тысяч. Оставшиеся затерялись среди населения, и они прятались не только в более-менее хороших районах, но и у местных политических группировок, предлагавших запретить тяжелый рок и пиво, и даже среди сторонников Рудры. Похоже, в живых оставалось еще от пяти до десяти тысяч беглецов.
Веельзевул рассказал старшему свой новый приказ, который следовало передать на Камаштли - выискивать беженцев еще сутки, в районы тех, кто решил бороться против тяжелого рока и пива, не заходить. Если зашли - уходить, переход от поисков беженцев к отступлению из районов не должен сопровождаться большими жертвами среди теневых воинов, его проводить осторожно, и для этого можно задержаться на неделю. Также уходить и из районов сектантов Рудры, если зашли туда.
Веельзевул попрощался с группой посыльных, и они ушли.
Все шло замечательно. После первой резни будет подобная акция на остальных планетах, где сектанты Рудры и похожие на них жили миллиардами и где обосновались беженцы с Тепейоллотля. Очень хорошо, что теневые воины нашли взаимопонимание с жителями более-менее хороших городов. Также важным достижением стало то, что удалось избежать боев с жителями земель, где находились многочисленные поселки и города сторонников Рудры. Теневые воины вообще ни разу не зашли в эти земли. Скорее всего, на других подобных планетах также удастся избежать активного ведения войны против Рудры и вторжения на его земли.
* * *
Аларих Цистернов проснулся оттого, что Эол Батрахос, командир группы, трогал его за плечо. Аларих увидел над собой потолок, на котором красовались мазки сажи, - так прошелся дым пожара. Сейчас надо было вставать. Аларих, разбуженный командиром, не встал, а присел так, чтобы скрыться под окнами с выбитыми стеклами.
- Все хорошо, - сказал Эол, - тут нет врагов. Они там, - он показал вдоль улочки, на которую выходили окна, влево от окон. - Там, дальше, метрах в ста пятидесяти.