Я непонимающе захлопала глазами, когда раздался низкий голос викинга. Значит, ответа требовали вовсе не от меня, а от гиганта, доставившего моё тело (душу?) в этот мрачный зал. Мужчина сказал, что я умерла, но ощущения смерти не было. Я дышала, моё сердце билось, чего точно нельзя ожидать от трупа. Однако вместе с тем, что-то подсказывало, — это не предсмертный бред, я действительно мертва, и сейчас человек (человек ли?) на троне решает мою судьбу.
— Ошибка, мессир, — краем уха уловила я ответ викинга. — Жнец, доставивший её сюда, говорит, что имя проявилось, когда сердце уже перестало биться, а душа отделилась от тела.
— Почему к нам?
Ваалберит взглянул на меня, будто не знал, стоит ли доверять эту информацию мне, но всё же ответил:
— Душа заложена и по контракту после смерти должна попасть к нам.
— Тогда в чём же ошибка?
— Ей ещё рано умирать.
Вот так просто четыре слова способны разрушить всю твою жизнь. Ты живёшь, строишь планы, веришь, что у тебя впереди ещё много лет в запасе, а потом неожиданно умираешь по пути на работу и понимаешь, что какая-то ошибка может лишить тебя всего. Я ведь столько всего планировала сделать, а вместо этого попала в Ад и вот-вот отправлюсь на адскую сковородку (или куда там отправляют грешные души?). А я ведь даже и нагрешить особо не успела.
— Тогда ты знаешь, что делать, — ответил Дьявол, в существование которого, поверить было ещё сложнее, нежели в собственную нелепую смерть. — На сегодня меня здесь нет. Ступай.
Меня потянули к выходу, когда я вдруг осознала, что своим молчанием подписала себе приговор.
— Постойте! Подождите! Милорд, мессир, как вас там? Можно мне пару слов?
Если он и удивился моей прыткости, то я этого не заметила. Подав знак Ваалбериту отпустить меня, Дьявол сел в своё кресло и махнул рукой, позволив мне говорить.
— Спасибо, — пробормотала я, сделав пару шагов к трону. — Дело в том, что я не продавала свою душу. Никогда. Даже в шутку. Не то чтобы я верила в её существование и дорожила, просто… просто у меня ни разу не возникало мысли обменять душу на что-то существенное. И потом если бы я заключала какой-то договор, то точно запомнила этот момент. Такое событие не прошло бы мимо моего дневника. Ну там «двадцать третье мая, две тысячи десятого года, продала душу за золотую медаль и банку нутеллы»…
— Хм…
Замечательный ответ. Ни тебе удивления, что моя душа вовсе не продана, как значилось ранее, ни пояснений, почему произошло это недоразумение, ни извинений, что я здесь оказалась. Ладно, насчёт извинений я перегнула, но всё остальное могло иметь место. А он всего лишь хмыкнул. Эдакое глубокомысленное «хм», от которого мне должно было стать лучше?
«А спонсор сегодняшней программы: «Хм». Умерла раньше времени? Оказалась в Аду? Твоя душа продана, хотя ты этого не делала? Тебе поможет «Хм». Предложение не является публичной офертой». Класс.
А ещё говорят, что в России всё через одно место, оказывается, в Аду не лучше. На Земле я хотя бы имела какие-то права, здесь не будет и этого. Разве что котёл позволят выбрать самостоятельно, и то не факт.
— Мессир, что прикажете? — значит, хмыканье являлось непонятным только для меня, Ваалберит понимал своего господина не только с полуслова, но и с других звуков.
— Разберитесь с этим, — махнул рукой Дьявол. — Отчёт мне на стол, девчонку верните обратно. И Нисрока сюда, пусть объяснит, почему на вверенном ему участке путаница с душами.
— Э-э, спасибо? — крикнула я, когда Ваалберит уводил меня прочь. — Вы весьма великодушны, назову сына в вашу честь. Только вряд ли мальчику будет хорошо житься с таким именем, да и церковь при крещении не одобрит…
— Шагай давай, — подтолкнул меня гигант, однако я успела заметить усмешку на его лице. — А ребёнка его именем лучше не называть.
«Ладно», — хотела сказать я, но не успела.
Образ викинга начал таять, а в сознание пробился звук будильника, вырывая меня из этого странного и весьма реалистичного сна.
2
Открыв глаза, я обнаружила себя в своей кровати. В ногах спала пепельного окраса кошка Дриада, и это позволило мне осознать, что всё произошедшее со мной — не более чем дурацкий сон. Выключив будильник, я вскочила на ноги и закружилась по комнате, радуясь, что живая. Наверное, никогда прежде я не ценила жизнь, как именно в тот момент, когда едва её не лишилась. Дриада открыла глаза и зевнула, выражая тем самым удивление моей резвости. Обычно я не вскакивала по первому же звонку будильника, валяясь в постели до последнего, однако сегодня мне хотелось действовать, а не быть сонной амёбой, ненавидящей раннее утро.
— С сегодняшнего дня начинаю новую жизнь, — сообщила я кошке, зарываясь носом в пушистую шерсть. — Буду правильно питаться и заниматься спортом.
— Мяу!
— Да, я всегда так говорю, — тиская любимицу, ответила я, — но пора что-то менять. Если тебе снится собственная смерть и решающий твою судьбу Дьявол, это явно знак свыше. Как считаешь?
