— Мало ли что я хотел. Есть такое понятие, как «надо». И остаётся всего один человек, который наверняка сможет нам помочь.
В этом брат не мог со мной поспорить, только лишь печально вздохнул и сказал:
— А я надеялся, что больше никогда её не увижу.
И он даже не стал напоминать, что мы не взяли с собой вещей и не купили билеты. Борис лишь поинтересовался, когда ближайший поезд, и удостоверился, что мы на него успеваем.
На вокзал мы прибыли за час до отправления и приобрели билеты в кассе наличными. Конечно, удобнее было бы купить онлайн, но пока у нас не было документов, оформить карту не представлялось возможным. Кассирше же хватило увидеть мою родовую печать, чтобы у неё никаких вопросов не осталось.
— Дорогие оказались билеты, — сказал Борис, когда мы заняли наше купе.
Не припомню, чтобы он когда-нибудь раньше столь сильно беспокоился о деньгах. Но времена меняются… Всё меняется.
— Ничего, нам хватит, чтобы не подохнуть до пятницы, — улыбнулся я.
Несмотря на обстоятельства, настроение у меня было хорошее. Не устану себе повторять, что всё происходящее гораздо лучше, чем смерть. И пока есть надежда, что жива моя семья, у меня есть смысл жизни.
— И пока живы тринадцать выродков… — напомнил Легион.
— Ага, — мысленно отозвался я.
В купе постучались…
— Войдите, — сразу ответил Борис.
Дверь открылась, и на пороге оказалась полноватая женщина-проводник.
— Господа, чаю будите? В Москву мы прибудем к шести утра.
— Не будем, — резко ответил Борис.
— Уверены? Одна кружка входит в стоимость билета… — осторожно уточнила проводница.
— Будем, — улыбнулся я. — Простите моего брата, у нас был сложный день.
Женщина улыбнулась мне и, кивнув, удалилась.
— Саш, а ты не предлагал Голубеву купить… — начал Борис.
— Нет, — отрезал я. — Ему не достанется ничего из арсенала отца.
— Уверен? После случившегося он бы и торговаться не стал.
— Плевать. Это реликвии нашей семьи. Самое ценное, что есть у нашего рода…
— Если это всё ещё не разворовали, — хмыкнул брат.
— Я поставил защиту.
— Умно, — кивнул он.
— Если мы и продадим ещё что-то, то на восстановление особняка. Я продал сеть — самое незначительное из арсенала, — объяснил я.
— Понимаю. Прости, — опомнился Борис. — Учитывая увиденное сегодня, уверен… этот арсенал нам самим ещё пригодится. Знаешь, я только одного не могу понять…
— Что со мной сделал демон, если и был во мне?
— Нет. Поведение этих демонов… Они не нападали… А словно играли с людьми. Впервые такое вижу.
— Демоны непредсказуемы. Не мне тебе это объяснять, — пожал я плечами.
И был прав. Демоны — самые непредсказуемые создания, каких только придумало мироздание. И прямое подтверждение тому сидело в моей голове.
Проводница принесла нам горячий чай, за который мы её поблагодарили. Выпив его, мы легли спать. Стоило моей голове коснуться подушки, как под гул поезда я тотчас уснул.
А проснулся, когда мы приближались к Москве. У туалета собралась целая очередь, и я сотню раз пожалел, что мне не хватило денег на вагон для аристократов, но умыться всё же успел.
— Я голодный как волк, — признался Борис, когда мы вышли из поезда вместе с остальными пассажирами.
— Только давай не будем останавливаться в придорожных забегаловках, — попросил я.
— Не, давай перекусим неподалёку от дома этой…
— Даже имя её не называешь, — это меня позабавило.
Вместо ответа Борис поёжился, и мы вместе с толпой людей отправились к метро. Я почувствовал себя шпротой в банке, потому что с самого утра на станции «Имперская» было не протолкнуться. Мы только минут двадцать простояли в очереди в кассу, чтобы купить проездные… А были бы карты, могли бы пройти без очереди, турникеты принимали бесконтактную оплату.
Но вскоре чудо свершилось, и мы попали в вагон, а спустя три пересадки и сорок минут пути вышли на станции «Третьяковская», неподалёку от которой и располагался элитный район Замоскворечье, где в основном и жили аристократы.
Но перед тем, как свернуть в квартал частных домов, мы взяли себе по шаурме с чаем в забегаловке у метро. Сочное мясо с овощами и соусом было завёрнуто в лаваш, и сперва я скептически относился к этому блюду… пока не сделал первый укус.
— Чёрт, так вкусно! — сказал Борис, доев свою порцию. — И почему я никогда это не пробовал?
— Потому что раньше у нас были слуги, которые такое не готовили, — усмехнулся я.
— Сань, давай добавку! — запросил демон.
— А тебе-то зачем? — мысленно спросил я у подселенца.
— У нас одно тело на двоих. Если ты ещё не понял, то я чувствую всё, что чувствуешь ты.
Я догадывался. Иначе он бы постоянно не просился в бордель.
— На обратном пути возьмём ещё по одной, — сказал я и брату, и демону.
— Знаешь, после такого завтрака мне начинает казаться, что день не будет столь мерзким, — улыбнулся Борис.
— Почему он должен быть мерзким?
— А сейчас придём, и ты меня поймёшь, — махнул он рукой и достал телефон. — Но я не теряю надежду, что кто-то из моих однокурсников окажется в Москве. А ты своим не писал?
— Писал. Но большинство ответили, что я хрен, взломавший страницу мертвеца.
— Мне отвечают то же самое.
