Мы выдвинулись на территорию, где по левую сторону от реки располагались частные владения. Здесь жили дворяне, предпочитающие оставаться в столице, когда их земли находятся где-то в другой части Российской империи. И нам был нужен дом в самом конце улицы.
Он отличался от остальных старых поместий тем, что был единственным, где ни разу не проводилась реконструкция. Нет, это не была развалина… Магия сохранила это здание в первоначальном виде, каким его построили много веков назад. Сколько? Да я понятия не имел. Кажется, тогда только начали возводить здания из камня, и графский род Аничковых был первым, кто смог вложить магию в стройматериалы.
Каменный забор походил на настоящую крепость, а у ворот не было ни камер, ни охраны… но нас узнали и без этого. И мы прошли внутрь.
— Здесь что, магическая система опознавания лиц? — шёпотом спросил у меня Борис, когда мы пошли по тропе, ведущей среди аллеи осеннего сада, где всё пестрило желтизной.
— Есть список желанных гостей, которые помнят эти ворота, — тихо ответил я.
— То есть ты ещё и желанный гость…
— Не начинай, а?
— Ла-адно.
У главного входа нас уже ждал дворецкий в ливрее. Пожилой мужчина поднял на нас удивлённый взгляд.
— Признаюсь, господа, сперва я подумал, что ворота впервые за несколько веков ошиблись, — холодно сказал он. — Госпожа будет рада вашему визиту.
— Она дома? — поинтересовался я.
— Да. Проходите. Я передам ей о вашем визите.
Дворецкий провёл нас внутрь и оставил в одной из гостиных, не забыв снабдить чаем с пирожными. Но я не спешил притрагиваться к еде.
— Не советую, — тихо сказал я Борису, когда он потянулся к пирожному.
Он послушал моего совета и вопросительно посмотрел на меня. Но я лишь покачал головой. В этом доме, где всё выглядело и пахло древностью, уши были везде.
— Мне начинает казаться, что договориться с Добрыниными было бы гораздо проще, — шёпотом ответил он, за что получил лёгкий удар в плечо.
Не стоило обострять обстановку, пока хозяйка дома не пришла. Кстати, о ней… Двери гостиной распахнулись, в комнату подул ветер, и на пороге показалась миниатюрная девушка в чёрном платье. Её зрачки и волосы были тёмные, как смоль, мне всегда казалось, что ничего чернее в этом мире нет.
Мы поднялись с дивана, и я заговорил первым:
— Алиса, давно не виделись.
— Я думала, ты мёртв, Демьянов, — хищно улыбнулась она. — Тебе повезло, что мои родители в отъезде, им было бы интересно изучить эту аномалию.
Алиса переместилась ко мне облаком тумана. Вот она была в дверях, а сейчас стоит передо мной и смотрит в глаза.
Её отец — некромант, а мать была экзорцистом. Дочь унаследовала талант матери, и учились мы с Алисой на одном факультете, она была одной из лучших… но кровь отца оставила свой след на психике девушки, и от неё можно было ожидать абсолютно чего угодно.
Как-то раз она позвала меня на свой день рождения, когда мы учились на втором курсе. А когда я пришёл, то, кроме меня, гостей больше не оказалось, а встретила меня Алиса в одном чёрном кружевном белье… Но вместо приятных пошлостей она решила показать мне коллекцию отца, и мы всю ночь рассматривали заспиртованные в банках части тел трупов…
— Как видишь, я вполне себе живой, — улыбнулся я, хоть это и далось мне с трудом.
— О, нет, — ответила она, и холодная рука девушки коснулась моей груди.
Я едва сохранил самообладание, чтобы не отшатнуться… Сердца у меня не было, хоть кровь и пульсировала в висках. Но лежащая на моей груди ладонь Алисы никак не могла почувствовать настоящего сердцебиения.
— Чего ты боишься, Демьянов? — она посмотрела мне прямо в глаза.
После того случая на втором курсе я избегал её вопросов… И встреч. Так делал каждый, кому хоть раз удавалось близко познакомиться с Алисой Аничковой. Правда, большинство тех, кто пытался подкатывать к ней из-за состояния рода, она сразу отвергала, и до этого этапа они попросту не доходили.
Но у меня оставалось всего три дня на поиски свидетелей! И я посмотрел своему страху в лицо… И понял, что больше не вижу там того, что раньше меня пугало. Теперь вижу перед собой лишь милую девушку со своими странностями.
— Ничего, — улыбнулся я и положил ладонь на руку девушки, убрал её от своей груди. — Ты разве не рада нас видеть?
— Тебя — рада. А вот твой брат больше не красавец, — усмехнулась она.
Борис скривился, но промолчал.
Ещё один минус Алисы — она всегда говорила то, что думала, и плевать хотела на последствия. Её отец и братья — одни из самых могущественных некромантов в империи. И в данном случае сила рода во многом диктовала общественности свои условия… которые, конечно, никто не принимал, а только терпели.
— Ты уже попробовал мои пирожные? — кивнула она на стол и переместилась на диван. — Я сама готовила.
— И что ты в них добавила? Трупный яд?
— Нет, всего лишь немного соли, — засмеялась Алиса и откусила кусок пирожного.
Она с таким аппетитом его ела, что я бы никогда не поверил, что оно — солёное. Но это было так, Алиса никогда не врала. По крайней мере, таковы были её принципы, и за пять лет обучения в одной группе она ни разу не позволила в них усомниться.
