— Десять отжиманий за две секунды. Пошел.
— Я не могу! — кричу я. Кожаные ремни хлестко бьют по лицу.
— Ты вампир? Вот и веди себя подобающе, ур-род.
Руки немеют, плечи стонут от боли. Я в отчаянии. Больше ничего не остается.
— Что-то я насчитал меньше, чем десять. Хочешь опять плетки отведать, с-сука? — шепчет инквизитор мне на ухо. — Не думай, что я пощажу тебя из-за возраста. Ты должен работать на Инквизицию, иначе мы тебя сожрем.
Надо сдерживать слезы. Надо.
— Десять отжиманий за две секунды. Давай-давай! Убл-людок.
Легкие выкручивает, на языке вкус крови. В ушах барабанный набат. Я фырчу, пытаясь стряхнуть капли пота. Локти подламываются подо мной.
— Как бы ни было тебе больно, — глаза инквизитора мрачно смотрят на меня сверху, — помни, что ты всегда можешь прогнать боль парой-тройкой крепких словечек и напомнить себе, что ты мужик. Поднимайся, хватит отдыхать.
— Сука… — шепчу я, морщась и стискивая зубы.
Достало, достало, достало. Люди, чертовы садисты, жестокие подонки, ненавижу.
— Десять отжиманий за две секунды. Двигайся.
Двигаюсь. Стараюсь. Пытаюсь.
— Черт!
— Не успел, — холодно констатировал факт учитель боевых искусств. — Такой слабак, хоть и вампир… Ты хоть для чего-то годишься? Похоже, придется тебя отправить в рейд.
Поднимаю взгляд. Смотрю на инквизитора. Ухмыляюсь.
— Чего лыбу тянешь, мразотливый? — спросил он, отводя ногу назад.
Прежде, чем я успеваю что-то понять, сапог врезается в мое лицо.
— Еще раз улыбнешься, разукрашу так, что при виде тебя шлюхи креститься будут.
— Тоже мне, напугал… — рычу я, сплевывая.
— Будь гордым, Джо, — отец ласково треплет мои волосы. — Помни, чей ты сын.
— Я — вампир! Нас так легко не изуродуешь! А вот твою морду разукрасить легко…
Его кулак пробивает зубы, замирает где-то в глотке. Я чувствую, как меня поднимают над землей.
— Тебе выдернуть хребет? — спрашивает инквизитор, глядя на меня в упор. В его глазах плещется кровь.
Настоящая кровь.
Желудок скручивает. Желчь выплескивается из меня вместе с потоками алого и осколками зубов. Инквизитор отряхивает руку и бросает напоследок, презрительно и безразлично:
— Отправим тебя в рейд. Надеюсь, ты там загнешься, гаденыш.
***
Воздух ласково касается моих губ, проникая в легкие. Я приоткрываю глаза.
Алиса.
Она ласково целует меня, отрывается на секунду, выдыхая. И вновь поцелуй.
— Чтобы от сахара задница не слиплась, — девушка едва не плюет в меня ядом. — А то ведь твоему дружку это не понравится. Да, Джордан?
— Эй… нет, нет… — шепчу я, отстраняя ее от себя.
— Что? Что не так? — недоуменно спрашивает Алиса.
— Прости. Плохая ночь, я сейчас не готов… — выдыхаю я, приподнимаясь и отирая лицо.
Вытирая губы.
— Да что ты как баба? — вампирша наклоняет голову к плечу.
Я молчу. Отвожу взгляд и отползаю ближе к камням, подальше от девушки.
— Днем ведь все хорошо было, разве нет? — спрашивает Алиса. В ее глазах горит недоумение и злость.
— Ты прекрасна… — шепчу я.
Просто для того, чтобы успокоить ярость внутри нее.
Я некоторое время смотрю на девушку. Не знаю, что сказать. Решаю, что врать не стоит.
— Нет, не хорошо. Все совсем нехорошо, — устало говорю я, пытаясь предугадать, насколько сильно ее разозлит мое признание. — Я на тебя смотреть не могу. Не то что целоваться. Ты меня разочаровала своим отношением к Яну и ко мне в том числе.
Вампирша некоторое время молчит, а потом медленно кивает.
— Это ты меня так отшиваешь, да?
— Вроде того. Да. Просто…
— Ты не хочешь, чтобы я тебя трогала, да? — спрашивает Алиса.
Мне не хватает сил согласиться. Сон все еще трещал в глубине головы. Поэтому я просто кивнул, до конца не поняв, что происходит в ее глазах и вокруг нас.
— Отлично. Не буду мозолить глаза.
Туман опустился в корни густой травы и исчез. Я вздохнул. Знал, что Алиса вернется. В конце концов, мы с ней связаны.
Настроение было отвратительным с самого утра. Плеснув из фляги, я умыл лицо. Щеки неприятно ущипнуло. На моих пальцах осталась кровь. Она бурлила от природной воды, испарялась, исчезала быстрее, чем я успевал всмотреться.
В детстве мне разорвали рот. Не сказать, что я расстроен, рана срослась, следов почти не осталось. Но сейчас… откуда кровь? Это ведь был сон?..
— Доброе утро, Джордан! — поздоровался Ян, когда я уже запрыгивал на коня.
Я бросил на него взгляд. На секунду появилось желание попросить его заткнуться.
— Тебе и правда не стоит называть меня полным именем. Можешь короче — Джо. Думаю, это ты выговоришь правильно.
— Что-то не так? — растерянно спросил юноша. — А где Алиса?
Я пришпорил коня и повел его к дороге.
***
— Люди недалеко, — сообщил я, глядя вслед улетающим птицам.
— Да? С чего ты взял? Я ничего не вижу, — в голосе Яна забавно смешалось недоверие и убежденность в моей правоте.
— Птицы пугливые. Обычно они такие только рядом с городами и деревнями. Боятся охотников.
