Я неловко подсел. Мне кинули на тарелку половину курицы. На ее костях было мясо, с которого стекал сок, подлива и вино. Впившись пальцами, я почувствовал зажаренную плоть. Оказывается, я давно не ел чего-то подобного. Желудок заурчал, готовясь принять нежнейшее блюдо. Сглотнув слюну, я вгрызся в мясо, с наслаждением жуя его.
— Ну что, как тебе черви? — спросил Ливер, обернув ко мне избитое лицо.
Замерев, я с недоумением посмотрел на стол. На тонком фарфоре извивались трупные тельца, и подобное шевеление я почувствовал во рту. С отвращением выплюнув «еду» обратно на тарелку, я вскочил, отстраняясь.
— Ты ведь любишь мясо с душком, верно? — хохотнул Ливер.
Черви извивались на костях того, что некогда было курицей, а сейчас — даже сложно как-то это назвать. Я сплюнул кишками пережеванных червей. Мои руки были в крови, она стекала на землю, как будто в ладонях были раны. Но боли я не чувствовал.
Пиршество замерло. Ливер, проглотив порцию трупоедов, поднялся со стула, медленно направляясь ко мне. Я хотел остановить его, попросить не подходить, но мой язык не подчинялся.
— Я не злюсь на тебя, друг, — прошептал инквизитор. — Я просто очень скучаю и хочу, чтобы ты побыстрее вернулся к нам — Самюэлю, Альтору и другим людям. Ты ведь человек, Джордан.
Его плоть разорвало. Передо мной еще некоторое время стояла нижняя часть туловища, но вскоре она рухнула, лишившись сил. Я поднял взгляд.
Он стоял над нами. У него не было глаз, а крылья за спиной — выложены клинками. Его язык жадно слизнул кровь с губ.
Демон был выше всех, его лицо обращено к нам, словно к маленьким оловянным фигуркам. Существо оскалилось.
— Здравствуй, Джордан. Смотрю, ты повеселился без меня?
Не зная, что делать, я встал на колени и коснулся пальцами земли, склоняя голову.
— Поднимись, вампир. Я не желаю подчинения. Хочешь ли ты владеть этим телом?
Мой язык все еще не подчинялся мне. Я с недоумением посмотрел вверх, на лицо демона. Оно чем-то напоминало мое, но все же отличалось кое-чем. Оно было хищным.
— Вижу, что хочешь. Но знаешь, я имею и на тебя права, и на эту оболочку. Только вот забирать вас бесполезно. Ты пока не умеешь использовать силу родителей. А она нужна мне. Если хочешь — управляй телом. Нам ведь будет несложно уживаться вместе? Только ты должен стать сильнее. Твои безрассудные действия меня разозлили. Чуть не погиб, что сложно сделать с сердцем грифона. Глупость, вызванная неумением. Ты умеешь пользоваться моей Симфонией, но тебе нужно изучить еще две истории. Я расскажу о них, когда ты овладеешь Силой. Своей Силой. Дерзай, мальчик.
— Я хочу слиться с тобой, — выдавил я, когда демон собирался уже отвернуться. Его сгорбленное, сильное тело замерло.
— Ты не желаешь отвергать меня?
— Мы одно целое.
Демон посмотрел на меня. И сказал:
— Неделя.
— Слышал, кто-то убил отца Аргардских Садов?
— У этих эльфов вечно что-то… не тем местом, — Канг сморщился и плюнул в костер. Слюна зашипела.
— Говорят, это сделала демоница.
— И кто говорит? Сомневаюсь, что длинноухие решили раскрыть подробности. Они не любят говорить с другими.
— Демоны вечно следят друг за другом. А потом болтают об этом.
— Мне плевать. Ты пришел языком чесать или дело делать? — Канг хмуро поднял взгляд на собеседника. — Мы не старухи на лавочке.
— Я… просто не знаю, лень как-то.
— Трусишь.
Собеседник Канга повел плечами и отвел взгляд. Птицы ночью не пели, только луна разносила по лесу вой серых псов. Да в кустах иногда шуршали ежики. Один из таких ненадолго выполз из листьев, посмотреть на пляшущий огонь, а потом, заметив двух вампиров, развернулся и побежал в обратную сторону, шустро перебирая длинными лапками, приподнимая колючую крепость над травой.
— Мне кажется, другие доберутся до тебя быстрее с такими темпами, — сухо заметил Канг, поднимаясь с земли и доставая из-за пояса кинжал. — Давай, сразись со мной! Докажи, что достоин носить имя.
Клыки вампира впились в сталь, яд потек по лезвию, орошая его зеленоватыми ручейками. Темноволосый вампир попятился от сидящего на земле. Оскалился.
— Поднимайся…
Другой вампир вскочил, выдернул из ножен меч. Длинное лезвие с шорохом заскользило по дереву ножен, подставляя свой лик под свет огня.
— Ты же понимаешь, что кинжал не может справиться с мечом? Я тебя изрублю на капусту, Канг!
— Знавал я таких, как ты… — расхохотался вампир с зелеными глазами. — Они потом свои кишки обрубками рук собирали.
Паучье тело изогнулось, прыгнуло на дерево. Ноги оттолкнулись. Кинжал звякнул по лезвию. Меч вошел в плечо напавшего. Канг промахнулся. Отскочил назад, зашипел, зарычал, обходя кругом поляну.
— Даже с твоим ядом — тебе все еще нужно задеть меня. Но ты этого не сделаешь, если я не захочу.
— Я — Канг! И не таких убивал! — зарычал вампир, сгибаясь над землей.
Худое тело заскользило в траве, танцуя в полутенях у костра. Вдалеке кто-то вновь безутешно завыл на луну. Канг прыгнул. Удар меча об кинжал. Но в этот раз паук извернулся и смог ужалить богомола.
