Взмах левой рукой и цепь проноситься над моей головой с характерным свистом, рассекая на две части ледяного воина, на каменный пол оседают различные осколки от рассыпавшегося воителя. От замаха двуручного меча отступаю на шаг влево, ответным взмахом своего меча, отсекая две кисти и в невысоком прыжке, срубаю голову. Волей гну хлыст и окутываю ноги двум оставшимся воинов и резким рывком ломаю лёд, они беспомощно падают на пол, но не сдаются и ползут в мою сторону, новым ударом сверху перерубаю их головы своим хлыстом. Разворачиваюсь и вижу, что моя группа успешно расправилась со своим врагом, отрубив голову воину изо льда.
Вот только этим ничего не заканчивается. Крошка осколков в едином порыве покатились по полу обратно к женщине в чёрном платье, сверху осыпалось несколько глыб льда. А затем закрутились, образовывая несколько вихрей в очертаниях, которых стали проглядываться фигуры. Грузно на гладкий пол упали новый ледяные рыцари, но на этот раз их было уж двенадцать. Кроме того теперь у них были копья и щиты.
— Вот это уже интереснее. — Довольно киваю я, сам не уверен к кому это было обращено. Эмоции этой особы я не улавливал, однако гримаса гнева и отвращения и так позволяла мне получать всю необходимую информацию.
Шесть воинов единой шеренгой двинулись ко мне, двое стали обходить с двух сторон, а оставшиеся к отряду. Ударом хлыста проверяю прочность их щитов, те при соприкосновении излучают холодный бирюзовый свет, хотя на щитах всё же остаются отметины. Волей надрываю себе спину, откуда вытекает кровь и образовывает парящие сферы над моей головой. Всего три штуки, которые устремляются к воинам, те прикрывают головы щитами и снаряды пролетают рядом, и через два удара сердца три воина оседают с разбитыми головами. Строй разбит и воины попросту бросаются на меня, но прежде чем они добрались, рассыпалось ещё трое, от новых сфер, остались лишь те, что зашли с разных сторон. Удар копья принимаю широкой частью меча, ноги, и руки другого опутываю цепью, с усилием сжимаю и под натиском цепи лёд крошиться. Последний ударяет копьём со взмахом тем самым сильно открываясь, приближаюсь за мгновение и мечом перерубаю ему голову и ещё половину тела. Судя по звукам, группа так же справилась со своими врагами.
Весь процесс стал повторяться вновь, а из темноты упали ещё глыбы льда, образовывая новых высоких воинов. На этот раз у них были двуручные фламберги, секиры и глефы. Двадцать воинов, не меньше, их доспехи отдают еле заметным синим свечением. Послал один кровяной шип, который ударившись о шлем лишь бессильно звякнул. Что же на этот раз будет сложнее, я внимательно осмотрел девушку, что сложила руки в замысловатом пассе, думаю, что если избавиться от кукловода я решу проблему с этими бессмертными воинами. На этот раз я сам бросился первым на них, чтобы как можно быстрее убить незнакомку, хотя на краю сознания понимал, что вряд ли смогу ей навредить. Я уплотнил кровяное копьё и послал прямо в неё, к сожалению видимого эффекта это не возымело, ведь перед ней нам миг вспыхнул ледяной щит. Напитав своё оружие ещё большим количеством энергии и крови, закручиваю цепью голову одного воина, с усилием сжимая её вплоть до приятного хруста, жаль, конечно, что это хрустит всего лишь лёд. Мечом принимаю удар меча, и на ответном выпаде прорубаю руку и пронзаю шлем через глазницу, хотя разуметься особой разницы не было. Ещё на несколько шагов я стал ближе к незнакомке, по защите которой пробежали еле заметные всполохи белого света. Световая вспышка на миг ослепила меня, от чего я испытал жгучую боль в голове, так больно мне, наверное, ещё не было, но я выстоял на ногах и принялся отбиваться от наседающих воинов, продолжая приближаться к своему врагу. Вместе с тем я увидел, как позади на группу наседала толпа закованных воинов и те с трудом отбивается от них, а Вивьену и вовсе зажали с двух сторон.
Казалось, что достаточно сделать десять шагов и всё прекратится, странная женщина будет убита вместе с этим место. Гнев подпитывал меня, желаю уничтожить столь опасного противника, но отголосок разума в голове утверждал, что это невозможно и просто быть не может, ведь это “женщина” явно непростая. Я не чувствовал её резерва, и все всполохи энергии исходили словно из недр этого места. Поэтому я принял, возможно, самое глупое и в тоже время самое верное решение. Я повернулся и побежал к спрятанному в цветке артефакту. Ударив вокруг себя парой световых вспышек, которые я повторил по опыту своего противника. На полном ходу я вонзил руку в цветок и с усилием выдрал его внутренне сосредоточение, в котором я и ощущал энергию артефакта, а, следовательно, и его самого.
— НЕТ!!! — Раздался крик, а водоворот энергии возле неё закружился с новой силой.
