Закончив с показным “священным” боем для горожан и последовавшей речью. Мы вернулись в храм, благо он находился совсем рядом. Весь этот сложный спектакль и был нужен ради того чтобы закрепить веру в “божественные чудеса”. И ни у кого не было сомнений в “божественной” сути того кому они будут поклоняться и ради кого проливать кровь.
Сейчас я стоял перед крупным неотёсанным камнем, который приволокли по моей просьбе в храм. Я наносил на него руны и письмена, попутно рассказывая о необходимых ритуалах и комплексе магических рун Лирзе, посылая ей мыслеобразы с нужными формами. В основном их суть сводилась к усилению моей личной силы, но, разумеется, я так же рассказал о комплексе усиляющих печатей для тела. Однако не таких полных, как я наносил на тело Лирзы, с применением аналога печати верности. Эти рунные символы значительно проще, будут наноситься на тела воинов возле их сердца и на спине, о том, как именно резать кинжалом плоть, насколько глубоко и какие магические взаимодействия производить. Ради этого пришлось потренировать её силу в использовании энергии, в королевстве её бы обозвали магом, а здесь они шаманы. По большому счёту символов и манипуляций энергии она взывает к собственной силе смертных, их усиление происходит за счёт собственной ауры людей, которая благодаря комплексу рун начинает впитывать большое количество окружающей свободной энергии. Иначе бы это всё было простыми символами, других способов массового усиления, которые будут доступны и без моего прямого вмешательства, я, к сожалению не знаю.
Помимо нас двоих в зале была только Вивьена, даже будущим помощникам храма не следует знать больше необходимого. Благодаря аналогу печати верности я мог быть уверен в своей Первой Жрице. Нельзя сказать что я лишил её воли или нечто подобное. Я лишь сделал больший уклон в нужные эмоции и окрасил воспоминания в нужную эмоциональную окраску. Всё же реальная абсолютная преданность это совершенно другой уровень, пока мне не доступный. Даже туже Вивьену нельзя назвать абсолютно преданной мне, с другой стороны абсолютная преданность почти то же самое, что потеря воли как таковой, а это мне совершенно не нужно. Впитывая новые знания, свои обязанности и в целом мне виделась исполнительной, но не лишённой своей воли. А это будет очень важно, когда все дела местного культа окажутся на её плечах. Благо эти плечи не были хрупкими, по комплекции она не сильно уступала Вивьене, а ведь та камбионт.
— Вот теперь готово. — Удовлетворённо потянул я, когда постамент стал покрытым кровавыми письменами, которые буквально выжгли отметины на граните. — Через этот алтарь вы сможете посылать свои просьбы нашему Богу, если они, разумеется, заслуживают Его внимания. То есть должны хотя бы угрожать городу и культу. Достаточно лишь пролить своей крови и искренне обратиться. Но, разумеется, не стоит забывать и об усилении нашего Бога, жертвы убитые на этом алтаре попадают непосредственно к нему. А чем сильнее наш Бог, тем сильнее мы, Его последователи. Ты же это понимаешь?
— Конечно. — Покладисто кивнула жрица.
— Вот и отлично. Я оставлю тебе эту книгу, в которой есть достаточно много необходимых для жрицы знаний. Но доступные только для посвящённых членов культа. — Разумеется, защита на книге была не только на словах, но и в самих надписях. Человек лишённый моей метки попросту ничего не поймёт.
— У тебя больше нет никаких вопросов? Наше время пребывание подошло к концу и сейчас мы отправимся обратно, в вотчину нашего Бога.
— Вы больше не вернётесь? — Спросила беловолосая жрица.
— Если придёт страшная беда и справиться с ней вам будет не под силу. Наш Бог услышит зов о помощи.
— Тогда больше вопросов нет. — В её эмоциях были отголоски тоски. Странно. К чему бы это?
— Чудно. — Кивнул я. — Не печалься Лирза, выполняй возложенные на тебя обязанности с честью и достоинством. Наш Бог это оценит, и однажды ты так же станешь Его мессией, как и я.
— Идём Вивьена нам пора возвращаться обратно. — Проговорил я своей спутнице, разрывая пространство для перемещения в Грань.
***
