– Домой
– Ведьма! – с чувством высказался демон. – Да-да, это первое, о чём ты предупредила меня в момент знакомства, но ведьмы, оказываются, бывают такие... ведьмы! Где твои совесть и сострадание, а?
– У ведьм нет совести и сострадания, – пожав плечами, напомнила Аманда общеизвестную истину.
В дверь лаборатории постучали, и брови Габриэля изумлённо приподнялись:
– Живые образцы пожаловали? – Он распахнул дверь потоком ветра, и за порог шагнул дежурный детектив:
– Всем доброго вечера. Аманда, та старушка опять голос слышит, патрульные предлагают по пути к ней сразу подхватить кого-нибудь из твоих специалистов: мало ли какие вещества в воздухе до утра не задерживаются, разлагаются. Ну, а раз ты сама ещё на работе...
Тяжкий вздох высшего демона сотряс стены лаборатории. Аманда сунула ему в руки утреннее заявление и, прочитав «пророчество», Габриэль лукаво глянул на неё и мягко улыбнулся – понял, откуда выросло беспокойство за его безопасность. Как истинная ведьма Аманда сделала вид, что ни взгляда, ни улыбки не заметила. И вообще, какого чёрта он так идеален во всём? Где её драма?! Где метания, сомнения и сердечная боль?! Сказочно гармоничные отношения с героем своих грёз начинали будить в ней ощущение какой-то дьявольской подставы от судьбы...
С прибытием на адрес предполагаемого местожительства предполагаемого маньяка, намеренного устроить геноцид Иных, они чуть задержались: Аманде надо было вначале написать докладную об итогах своих ночных работ и сдать её в отдел к следователям.
Патруль Иных, состоящий из двух напарников – вампира и оборотня, уже ждал у подъезда. Сержант Бринс, ягуар во второй ипостаси, игриво подмигнул приземлившейся в воздушном вихре ведьме, ничуть не смутясь свирепым взглядом сопровождающего её демона. Коты – они в любой разновидности коты, и злость соперников их только раззадоривает, особенно если эти соперники способны запросто вытрясти их из шкуры. И даже если у кота вовсе нет желания добиться расположения дамы, а имеется лишь желание дёрнуть монстра за усы и сделать дедуктивные выводы из последствий.
– Горжусь, что рядом со мной работают гениальные особы! – промурлыкал Бринс. – Видела, как превознесли тебя журналисты? Нет? Неужели до твоих ручек не дошла статья о разоблачении тройного убийства в больнице? Кульминационный момент повествования – будоражащее признание убийцы: дескать, он с начала планирования отравления отдавал себе отчёт, что придуманная им схема избавления от врага безупречна за исключением единственного момента – тебя, красавица! Негодяй знал, что если дело попадёт на расследование
– Нет, – категорически отказался Габриэль, хоть вопрос обращался вовсе не к нему. – И советую передать по рации всем постам и сделать рассылку всем чудовищам города, что свой шанс пригласить на свидание мисс Карвет они утратили раз и навсегда. Старушка в курсе, что мы нагрянем? У неё давление не скакнёт?
– Старушка – тот ещё кремень, – хмыкнул вампир, указывая путь к квартире, и поздоровался с пожилой женщиной, открывшей им дверь. Офицеры сверкнули полицейскими значками и представили обоих своих спутников как экспертов-криминалистов.
– Вы не боитесь крупных кошек? – обеспокоился оборотень, которому по правилам полагалось исследовать запахи во второй ипостаси.
– У меня невестка – исполинский крокодил, так что кошек мне бояться уже поздно, – махнула рукой хозяйка квартиры. – Можете в той комнате... э-эээ... переодеться.
В полной тишине Иные бесшумно перемещались по небольшой квартирке. Вампир прислушивался к ментальному фону жильцов, определяя бодрствующие и спящие сознания. Оборотень пытался уловить запахи посторонних веществ, ведьма была занята тем же: её переносной спектрограф раскладывал на части состав воздуха в комнате. В приёмник прибора струи воздуха нагнетались тёмными заклинаниями ведьминских чар, попутно исследующими их на наличие магических примесей. Высший демон анализировал одновременно и общий магический фон в доме, и наличие в нём живых объектов помимо тех, кто находился у него на виду.
– Чисто, – отчитался оборотень.
– Чисто, – подтвердил вампир, и ведьма с демоном согласно кивнули. Все вопросительно воззрились на вызвавшую патруль хозяйку. Старушка потерянно развела руками и только открыла рот, чтобы оправдаться, как в ночной тишине гостиной раздался леденящий душу замогильный шёпот:
