− А разве должна была? − Весьма правдоподобно сыграла удивление та. Присутствие Миньшека ни каким образом не угрожало твоей жизни, вот я и не сочла нужным. К тому же даже у демонов есть свое понятие о чести, ведь даже у тебя есть какие-нибудь маленькие секретки, о которых ты бы предпочел не распространяться…
Ну и как на них прикажете сердиться? Мой гнев как ветром сдуло, и меня пробило на безудержный хохот. Каждый из них знал, что Миньшек не человек, и все искренне думали, что так и надо, а воин наивно полагал, что его вторая ипостась для всех тайна, покрытая мраком. Запутаться можно!
Сам оборотень выглядел не лучше меня, хотя в его бездонных карих глазах читалась смесь благодарности и удивления. До него видимо с трудом доходила мысль, что все вокруг знают о его секрете, и, тем не менее, доверяют ему, и даже не думают от него отворачиваться.
После этого разговора мы очень долго ехали в молчании, не в силах начать новый разговор, и, обдумывая случившееся, хотя по мечтательному взгляду Мэта было понятно, что он о случившемся ничуть не переживает. Скорее наоборот, не отказался бы еще раз наведаться в деревню оборотней, и завести более близкое знакомство с очаровательной Трианой.
На обед мы остановились на небольшой лесной поляне. Солнце, пробивающееся даже сквозь густую листву, было в зените и напекало голову. Эта часть леса разительно отличалась от той, которую мы уже преодолели. Исчезла аура таинственности и сказочности, но я по этому поводу ни капельки не расстраивался. Хватит с меня тайн и сказок, насмотрелся уже. Преодолеть бы уже хотя бы оставшееся до портала расстояние без приключений.
Миньшек залез в чересседельную сумку своего жеребца, мирно щипавшего травку, и с благоговейным видом достал от туда несколько холщевых мешочков, которых нам надавала Мия столько, что хоть сейчас можно было открывать собственную лавку. В мешках были различные крупы, специи, вяленое мясо красного цвета (по словам оборотня — оленина) и сушеные грибы трех разновидностей. Гостеприимный все же народ эти оборотни. Вернусь — точно отгрохаю себе дачу в их поселении.
Воин начал кашеварить, а я блаженно провел носом над котелком. Признаться, я был доволен, что обязанности повара взял на себя именно Миньшек — Ярослава, как и я, готовить не умела, Дрика все время норовила оставить нас без мясного рациона. А некроманту я вообще готовку ни за что не доверил бы — задумается и насыплет в котелок вместо соли какого-нибудь реактива из своей сумки.
Мия, конечно, тоже молодец. Знала, что и в каких количествах давать голодным и уставшим с дороги путникам.
Мы сытно пообедали, Дрика, уже не обращая внимания на нас мелко пошинковала себе какой-то салат, чем и осталась вполне довольна. После обеда не хотелось вообще никуда идти, и был великий соблазн, остаться тут до завтра, грея сытое пузо на не по весеннему теплом солнышке, но ночевать все же хотелось в кроватях, а не на холодной земле, а потому пришлось подниматься.
Еще до заката мы были в Бухте Катра — маленьком рыбацком городке, расположенном на берегу Северного моря, со стороны которого дул пронизывающий холодный ветер, от коего нас до сих пор защищали деревья.
Мы въехали через чисто символическую стену, и я поразился, насколько это селение отличается от всех виденных мною ранее, даже от приморских, что в прочем не удивительно, ведь я был только в курортных городах. Частые, и, казалось бы, хаотично построенные дома словно бы сами жались друг к другу, дабы погреться, и действительно в самом городе ветер был не таким сильным, хотя очень холодным.
Дома были построены из серого камня, коего было в достатке на каменистом побережье, вторые и выше этажи были чаще всего построены из потемневшего от постоянной влажности дерева. Казалось, это непонятное селение назвали городом по чистому недоразумению. С другой стороны, у этого городка было какое-то свое очарование северной провинции, которого так не хватало большим и роскошным городам.
После недолгого блуждания по лабиринтам этого поселения мы вышли к главной площади, мощеной все тем же камнем. Площадь выполняла еще и функцию местного рынка и прямо посреди прилавков с рыбой и хлебом возвышался грубо сколоченный из дерева помост. На импровизированной сцене гордо стоял какой-то тип в черно-красной мантии, которую похоже последние несколько лет с энтузиазмом жевала очень голодная моль.
− Конец всего сущего близок!!! − Надрывно верещал он. − Лишь объединившись под моим началом, мы сможем защитить себя от кровавых дождей, которые прольют на нашу грешную землю освободившиеся демоны!
Лишь тогда я обратил внимание на его тощее лицо с мешками под глазами и жиденькой козлиной бородкой, которую моль тоже видимо не оставила без внимания.
− Кровавые дожди? − Тара удивленно приподняла бровь. − Ну и фантазия, ни за что бы не додумалась.
− Только вместе мы сможем преодолеть нависшую над нами угрозу! − продолжил он, срывая голос.
