– Ваше высочество, а я поднимал на него руку? – холодно спросил я, не сводя глаз с Филиппа и держа ладони на поясе.
История не должна была повториться. Передо мной был не Гиллиам. При мне не было спрятано перстня, я не обладал скрытым статусом.
Принцы не отваживались ни шелохнуться, ни заговорить. Александр, Селена и все остальные замерли. Нахмурившись, я сделал еще один осторожный шаг к принцам, не без наслаждения наблюдая, как кровь отливает от лица Филиппа. Рикард выставил руку, преграждая мне путь.
– Мы закончили, – спокойно и хладнокровно сказал я.
Но тут из ниоткуда появились двое марсиан и оттолкнули меня.
– Отойдите от принца, ваша светлость, – сказал один через встроенный в шлем микрофон.
Филипп ухмыльнулся.
– Что здесь происходит?
Я зажмурился. Мне не стоило появляться здесь, принимать приглашение Александра, Селены или кого бы то ни было. Нужно было заморозиться вместе с Валкой до новых приказов императора.
Из дальней ложи к нам плыла императрица Мария Агриппина. За ней, как дельфины за парусным кораблем, следовали придворные, в том числе леди Сивилла.
– Этот варвар напал на Филиппа, – сказал Рикард.
– Только потому, что Филипп был жутко груб! – перебила Селена, снова бросаясь между мной и императрицей.
– Сэр Адриан ни на кого не нападал! – не вставая, добавила Вивьен. – Он просто попросил Филиппа уйти.
– Мама, Филипп сам напросился. – Александр также пришел на мою защиту. – Если бы на месте сэра Адриана был я, то давно бы врезал ему.
Императрица обвела пятерых своих детей изумрудными глазами. Взглянула на несколько десятков зевак, собравшихся вокруг. Сбоку стоял кронпринц Аврелиан, печально и с недоумением, совсем по-отцовски глядя на происходящее.
– Нужно было сразу выставить вас за дверь, сэр, – произнесла Мария Агриппина и фыркнула, глядя на Сивиллу. – Качество, а? Дурная кровь, вот как мы называем таких, как вы, лорд Марло. Да, вы наш дальний родственник, но дальше не придумаешь. Нижайший из всех наших сородичей. Однажды изгой – навсегда изгой, так говорят. От этого не отмыться.
– Мама! – возмутилась Селена и попыталась протиснуться сквозь окруживших меня марсиан.
– Прекрати, девчонка.
– Филипп говорил мерзости о возлюбленной сэра Адриана! – воскликнула Селена.
– Так дело в той женщине? – нахмурилась Мария Агриппина. – А я думала, что хуже быть не может. Бить императорского наследника из-за какой-то тавросианской скотины, с которой он спаривается? Какой позор!
Тут меня ослепила ярость. В этот миг я готов был голыми руками сбросить с небес на землю весь Вечный Город. Но меня держали марсианские стражники, и оставалось лишь стиснуть зубы, надеясь, что они не треснут.
– Он его не бил! – возразила Вивьен.
Императрица удостоила дочь не большим вниманием, чем блоху.
– И что нам с вами делать, лорд Марло?
– Выпороть! – ответил Рикард от имени своего пьяного брата.
– Но он ни в чем не виноват! – протестовала Селена. – Это Филиппа нужно выпороть! Он повел себя как дурак!
Принц Филипп откашлялся и, как мне показалось, удивился, не увидев в руках бокала с вином.
– Сэр Адриан был гладиатором, – удивительно ровным и спокойным голосом, словно ребенок, читающий строчки на афише, произнес он. Окинув взглядом арену, где кар-танниты с сетями и трезубцами сражались против одетых в черное бойцов с традиционными мечами и щитами, он добавил: – Пускай снова подерется.
Глаза императрицы вспыхнули, и я понял, хоть и не мог доказать, что все это подстроила она.
Мне позволили вернуться на шаттл, припаркованный на королевской пристани над Большим колизеем, но только под охраной – как когда-то, когда я искал Хлыста в общежитии колизея, чтобы попросить быть секундантом на дуэли с Гиллиамом Васом. Я мысленно представил, как жрец-мутант и мой друг-предатель шагают рядом со мной, плечом к плечу с дюжиной марсиан, туда, где дожидался пилот с моими телохранителями.
Посадочные полосы расходились от платформы пальцами, запущенными в облака. Ветер трепал мой плащ и сбил его на сторону, взъерошил волосы.
– Знакомый видок, – спустившись по трапу, мгновенно заключила Сиран. – Что случилось?
Я рассказал.
– Тебе обязательно заводить врагов везде, где ты бываешь?
Вместо ответа я сорвал белый плащ и кинул на переборку, к которой его магнитная застежка мигом прилипла. Он повис, словно флаг.
– Принеси мне доспехи, если не сложно.
Центурион кивнула бритой головой и удалилась в шаттл. Мой личный доспех остался на «Тамерлане», и привезти его было невозможно. Но на шаттлах всегда хранились запасные комплекты боевой экипировки: броня, пояса-щиты, даже оружие. Вынести оружие мне бы здесь, на Форуме, не позволили, но взять доспехи и поговорить с Сиран на случай, если потом я уже не смогу никак и ни с кем, разрешили.
Императрица желала мне смерти? Нет. Нет, не могла. Императору я нужен был живым. Она лишь хотела проучить меня, унизить Полусмертного на самом массовом мероприятии в Галактике, вымарать в грязи мое имя и заткнуть тех, кто шептал его на военных плацах и в питейных заведениях по всей Империи.
