– Не может быть! – уже ненаигранно оторопел Мара. – Сеньор ди Алмейдо умер? Ты точно знаешь? Когда? Как?
– Говорят, вчера в Медицинской Академии. Сердечный приступ или что-то типа того. Сегодня утром Рамиро повез тело отца обратно в Сарагосу…
Других подробностей от лавочника добиться не удалось. Впрочем, Сото хватило и этих. Сеньор Диего скончался, и это бесспорно достоверные сведения. И умер он явно не в Медицинской Академии, а там, откуда вчера выходил понурый и озадаченный Рамиро. В магистрате могут заставить умереть от сердечного приступа даже такого крепкого человека, каким был дон ди Алмейдо, который на сердце сроду не жаловался.
Рамиро с телом отца направлялся в Сарагосу, а значит, Сото должен последовать за ним – он тоже должен выказать последнее уважение умершему сеньору. Пусть не присутствовать на похоронах, но хотя бы посетить его могилу. А после этого…
Мара не загадывал так далеко: надо сначала добраться до Сарагосы и проститься с сеньором и только потом решать, а что же «после»…
Сото сжал кулаки. Ветер снова подул ему в лицо, но, как показалось, уже не с обидой, а совершенно с другим настроением. Дуновение ветра было сильным и ободряющим, как хлопок по плечу старого друга. Он словно лишний раз напоминал: что бы ты ни задумал, подельник, я всегда с тобой; можешь на меня рассчитывать.
А мысли образовывали в голове Сото хаос. Привести их в порядок пока не удавалось – мешали эмоции, которые не проявлялись внешне, но яростно бурлили внутри, ожидая, когда Мара ненароком проделает в броне своей невозмутимости брешь, чтобы вырваться через нее наружу. Словно кипящая вода в наглухо закупоренном котле…
Огонь под этим котлом разгорелся с новой силой вчера вечером, когда опечаленный тирадор добрался до Сарагосы. Двигаться пришлось окольными путями, и эта вынужденная предосторожность стоила беглецу почти всего имеющегося в запасе бензина, который на труднопроходимых проселках мощный Торо поедал в удвоенных количествах. Сото кое-как дотянул на остатках топлива до своего потайного местечка на берегу. Там он забросал мотоцикл с пустым бензобаком ветками и без промедления отправился на разведку. Но пошел он не к асьенде ди Алмейдо, где его могли опознать и выдать властям. Мара решил пробраться на окраину Сарагосы, в один из популярных трактиров – излюбленное место отдыха некогда подчиненных ему тирадоров.
Заходить в трактир Сото не рискнул, а притаился поблизости, наблюдая за входящими и выходящими посетителями. Ждать пришлось долго, но ожидание было вознаграждено. Мара не заметил, когда в трактир прибыл Криворукий Пипо – видимо, он сидел там давно, – но вышел он навеселе и покачиваясь, так что проскользнуть незаметно мимо своего бывшего сослуживца у Пипо не получилось.
Криворукий Пипо был человеком семейным и жил не в асьенде дона Диего, а в Сарагосе. Несмотря на свое неблагозвучное прозвище, он метко стрелял из арбалета и являлся довольно ловким и смекалистым малым. Несколько лет назад Сото нанял его в охрану сеньора по рекомендации и ни разу с тех пор в этом тирадоре не разочаровался. Пипо имел один грешок – он любил выпивать, однако никогда не совмещал свое любимое занятие со службой. К тому же Мара верил, что Криворукий был не тем человеком, который выдал бы его властям.
Пипо поравнялся с притаившимся за деревом Сото, и тот окликнул его. Криворукий не удивился и не испугался неожиданной встрече, лишь спросил:
– Ты уже слышал?
Мара подтвердил.
– Ну тогда потопали ко мне, – предложил Пипо. – Помянем старого сеньора – замечательный был человек, упокой Господь его светлую душу. Ах да, забыл: ты же не пьешь!
– Сегодня можно, – грустно ответил Сото. – К тому же я не на службе. Только извини – с деньгами у меня не густо.
– Это не проблема. – Пипо извлек из-за пазухи початую бутылку агуардиенте. – Нам с тобой здесь хватит: мне уже пора сегодня остепениться, а тебе – трезвеннику, – я так думаю, много пить и вовсе вредно.
Криворукий неровной походкой двинулся в сторону дома. Сото направился вслед за ним. Для него пока оставалось загадкой, в курсе ли Пипо, что старший тирадор сеньора ди Алмейдо объявлен вне закона или нет, и потому молчал. Вопрос разрешился сам собой. Довольный тем, что подыскал компанию для достойного завершения вечера, Пипо вскоре проболтался, что в асьенде уже известно, кто таков в действительности Сото Мара и чем он опасен для окружающих.
– Надеюсь, у тебя хватило ума не соваться туда. – Пипо указал в сторону асьенды ди Алмейдо. – За твою голову дают неплохую награду, и многие не отказались бы ее получить. И если сейчас я огрею тебя бутылкой по голове, потом полгода буду ни в чем себе не отказывать… – Он кисло усмехнулся. – Так ты и вправду колдун?
– Нет, конечно, – успокоил его Сото. – Те книги, что у меня нашли, написаны на забытом языке Древних, а не колдовскими письменами. Я просто пытался их расшифровать – хорошая тренировка для ума.
– Расскажи это Охотникам, – отмахнулся Криворукий. – Им будет очень интересно, а я такими вопросами вообще не задаюсь.
