Лейла смотрит на меня, ее глаза блестят от непролитых слез. Что ж, девочка, сама напросилась. Давно пора уяснить, что мне очень легко доминировать над Каем в стрессовых ситуациях.
Когда мое возбуждение от вида этих губ, что облизывают стальной ствол достигает пика, я вновь приставляю дуло к виску девушки.
Я чувствую в руках такую власть, когда держу пистолет у виска этой очаровательной милашки, зажатой меж моих ног.
Я слегка сжимаю ее шею бедрами, приглашая к действиям. Смотрю на ее сомкнутые губы. Маленький чувственный рот, при этом губы – пухлые, полные и сочные…это просто сносит крышу. И почему он еще не сделал этого до меня? Он всегда будет вторым. Всегда. Я хочу управлять этим телом. Я хочу быть доминирующей личностью в нашей непрекращаемой войне.
– Пожалуйста…не надо. Умоляю, убери пистолет, – шепчет она, содрогаясь от страха. Я в ответ только сильнее натягиваю ее мягкие волосы.
– Какая ты милая, когда твоя жизнь на волоске от смерти. Такая ласковая и вежливая. Поздно, малышка, – выплевываю, обхватывая себя рукой, и направляю свой член в тесные сжатые губки. – Сделай мне минет.
Я смотрю на нее прищурив веки, пытаясь напомнить ей о правильных словах. В глазах скрыто унижение и боль. Она борется с собой. Не хочет этого говорить, но понимает, что надо.
– Приступай, там разберемся. Позволяю помогать себе рукой. Давай обхвати его. И покрепче, он не сахарный. К твоему сожалению. Будь нежна, но не медлительна. И только попробуй укусить, шлюшка, – выдыхаю, в предвкушении ее язычка.
Я смотрю на нее с вызовом и властью, довольно снисходительно. Она медлит.
– Если не возьмешь, я сам затолкаю. Хочешь задохнуться?!
Она кивает и открывает свой прелестный ротик. Сама невинность. С трудом верю, что девушка в двадцать пять лет еще ни разу этого не делала, но судя по всему, она действительно неопытна.
Она неуверенно касается острым языком моей головки, слизывая каплю. Очень мягко и нежно.
Толкаюсь в ее рот, наплевав на неопытность и неготовность игрушки.
– Блядь, будь поактивнее. Я так никогда не кончу, – вру я, чувствуя, как она вбирает его в свой горячий и узкий рот. Сладкое чувство разливается по всему телу, и я просто кайфую, крепче обхватывая ее ногами. Зажимаю силой. Давлю рукой на ее затылок, заставляя ощутить его полностью.
По щекам ее бегут черные от косметики слезы. В этом рыжем парике она реально проститутка. Упиваюсь зрелищем, толкаюсь в ее щеки.
– Скажи о своих впечатлениях, – я трясу пистолетом у ее виска, дав ей понять, что впечатления ее могут быть исключительно положительными. – Как он тебе?
– С-с-солен…сладкий, – выдыхает она и заглатывает глубже.
Вижу, что ее тошнит. Но мне по*уй. Я делаю это, чтобы досадить Каю и просто, потому что мне нравится насилие. Я делаю это с девками в клубе и часто. И нечто гораздо хуже. Все-таки нет ничего лучше орального секса. Чувствуешь себя властелином мира, когда эта неумеха валяется в моих ногах…
Закрывает глаза. Лейла начинает делать это активно и быстро, будто была обучена этому много веков назад. Черт возьми, блядь…ее ладонь ложится на мои яйца и мягко сжимает. Я улетаю.
Она делает это глубоко и быстро, но едва ли для того, чтобы доставить мне удовольствие. Ей противно – все написано в чистейших голубых глазах. Она хочет, чтобы я скорее кончил. Хочет, чтобы все это закончилось, и я убрал пистолет от ее виска.
Серьезно, ее красота просто поражает. Затащить бы ее в свой клуб…
Возбуждение нарастает так стремительно, так сладко, что я уже не могу сдерживаться и толкаюсь в ее рот сам. Дико, ненасытно. Ее спасает только рука, которая позволяет ей принимать все так, как мне нужно.
Этот теплый и влажный вакуум поглощает меня и радует…по пояснице пробегает тепло, я чувствую, как вот-вот спущу. Ох, да.
