Диего ждал у лестницы в холле, одетый в смокинг. Лика и Настя были прекрасны: элегантные, соблазнительно шикарные в вечерних платьях и подобранных под них легких накидках. Настя застенчиво улыбалась, спускаясь к нему навстречу. Когда ее рука в перчатке легла в его ладонь, парень довольно улыбнулся.
— Лика, — граф Виттури предложил ангелу локоть. Лика, смеясь, обвила рукой, затянутой в серебристую перчатку, руку графа.
На выходе их уже ждал Луиджи.
— Куда мы едем? — Настя с любопытством смотрела в окно на огни вечернего Рима.
— Так… небольшой визит вежливости к знакомым, — граф Виттури был в тот вечер тоже в смокинге, и, к удивлению Насти, смотрелся в нем гармонично.
— А Ильвир?
— У него большое домашнее задание, — откликнулся граф.
Когда она выходила из машины, он опередил Диего, и Настя с удовольствием взяла его под руку. Они находились перед великолепным особняком, окруженным садом. Все окна горели светом, то и дело подъезжали машины с элегантно одетыми людьми, через открытые двери холла доносилась музыка. Сердце Насти часто колотилось от волнения.
Они вошли, и дыхание захватило от золотого света, хрустальных люстр и светлых мраморных полов. Пространство холла было огромным.
— Вы позволите? — насмешливый голос графа вернул ее в реальность. Она расстегнула брошь на накидке, и та плавно соскользнула с плеч. Граф подхватил ее, не удержался, наклонился ниже, к уху девушки и проворковал:
— Этот вырез тебе очень идет, Настя, — кончиками пальцем он чуть коснулся ее плеча.
Этот голос заставлял умирать и рождаться вновь. Настя задохнулась от удовольствия, когда пальцы графа скользнули от шеи к плечу. Касание было мимолетным, незаметным для остальных, но в ней оно пробудило горящую лаву, которая теперь обжигала кожу, придавала щекам румянец, а глазам азартный блеск.
Так-то лучше. Он бросил накидку дворецкому и повел девушку дальше. Она и впрямь была чудо, как хороша. Румянец, опаливший щеки, чудесно сочетался с белой кожей и зеленой тканью платья. Глаза с грустинкой манили и притягивали, как омуты. Губы тоже стали алее, словно он перед этим целовал ее. Полуобнаженные плечи и высокая прическа придавали королевский вид, а рядом с ним, он знал, она ощущала себя королевой. И пусть все взгляды сначала притягивает яркая Лика, в Насте есть своя, сокровенная, глубинная красота, которая волнует и чарует постепенно.
Прощальный подарок старой ведьмы.
Настя чувствовала, как по ней скользят взгляды гостей. Это было неприятное ощущение: взгляды то раздевали, то оценивали, то презирали, то восхищались, но она неизменно чувствовала себя выставленной напоказ, чуть ли не обнаженной.
— Никого не бойся, Настя. Я вырву сердце любому, кто тебя обидит.
Она испуганно вздрогнула и посмотрела на графа.
— Шутка, — ухмыльнулся он. — Пойдем поздороваемся с хозяйкой.
Они прошли в соседнюю залу.
— Граф Микиелли Виттури со спутницей, — громко провозгласил один из распорядителей праздника.
Настя восхищалась элегантностью, с которой граф подвел ее к хозяевам, которые, судя по их надменным лицам, были или считали себя знатью. Но при виде графа напускное ушло с их лиц, и подобострастие и восхищение появилось вслед. Женщины пытались привлечь его внимание, мужчины развеселить. Но граф, быстро закончив светский разговор, увильнул от расспросов о личности Насти, которая лишь стояла рядом с ним, мило улыбаясь, отвел хозяйку в сторону и, поцеловав ей руку так, что дородная дама вспыхнула, спросил:
— А что, княгиня Долгорукая еще гостит у Вас?
— Гостит, но совсем расхворалась, к балу не спустится.
— Как жаль. Мне бы хотелось с ней повидаться. Можем ли мы подняться к ней?
— Право не знаю, граф, — засомневалась хозяйка. — Я пошлю спросить. Но как представить Вашу спутницу?
— Скажите, что это ее соотечественница. Со своей собственной тайной, — подмигнул граф.
Хозяйка отошла.
Настя спросила:
— Во что Вы играете, граф?
— Тише, милая. Улыбайтесь. На Вашем личике не должно быть и тени заботы, — он шутливо коснулся ее подбородка.
— А Лика и Диего? — Насте вдруг стало стыдно, что, увлеченная очарованием демона не менее, чем остальные, она забыла о друзьях.
— У них свое домашнее задание, а у нас свое. Пойдем, — граф увидел появившуюся наверху лестницы хозяйку и потянул Настю за собой.
Диего забрал из протянутой руки хозяина особняка ключ.
— Благодарю, — его зеленые глаза насмешливо сверкнули. — Теперь Вы заснете, проснетесь, когда я Вам велю, и забудете все, что происходило с того момента, как Вы увидели очаровательную блондинку и решили за ней приударить. Она от Вас ускользнула под руку со своим парнем.
Лика хмыкнула. Ей не понравился план с самого начала: Ангел не может обманывать, но ей этого и не понадобилось, стоило просто улыбнуться хозяину, без тени кокетства, как тот решил приударить за девушкой. Дальше было просто: он сам предложил посмотреть картину Рембрандта, которая висела у него в кабинете. Диего лишь нужно было последовать за ними, ввести в транс хозяина, заставить его открыть потайной сейф и вытащить ключ от подвала особняка.
